пока я в рамку объектива
ловил изгибы женских тел
на самом интересном месте
сел тел
нет я не псих не сумасшедший
но почему то иногда
мне этот мир напоминает
что да
олег сломал вставную душу
и вывихнул протез любви
входит царь в светлицу
а у трёх девиц
тренинг по защите
личностных границ
турист зачем сучишь ногами
зачем пускаешь пузыри
ты ж вроде дно хотел увидеть
узри
от зинаиды пахнет морем
солёным ветром и костром
она как жёлтая гитара
такой же голос и изгиб
накрыли весело два моря
глубокие не видно дна
одно солёное другое
вина
страшней всего когда бумага
и мысль и муза и стихи
но ручки нет и ночь и надо
поспать ведь через час вставать
на балтийском пляже
загорала фря
в неглиже застыла
в капле янтаря
есть у нас в палате
август юлиан
цезарь гай два брута
и октавиан
напрасно я рылась в дырявой суме
там нет ни единой банкноты
и я подбираю финансам в уме
ноты
што то ты селянка
зелена с лица
в суздале гулянка
праздник огурца
до чего же рожа
в зеркале страшна
и куда девалась
с катера княжна
в большой семье не щёлкай клювом
ушами хлопать не моги
вправлял мне дятел с чебурашкой
мозги
берем пригодную планету
привозим женщин миллион
и мужика и улетаем
а он а он а он а он
здравствуйте я вася
мастер дежавю
здравствуйте я вася
мастер дежавю
е люблю жару я
больше тридцати
как в такое пекло
за пивком идти
обнимает крепко
аж за четверых
с кровью голубою
осьминог жених
приглашён на оскар
ну не круто ли
но возможно просто
с джоли спутали
грезился оксане
огненный роман
и нарисовался
рома пироман
перечисляет недостатки
мои мой муж а ведь они
как раз и есть то что мешало
найти получше мужика
я уйду в пампасы
к тиграм и ко львам
если в этом цирке
надоела вам
что со мной такое
вновь сказала да
а ведь обещала
больше никогда
мне четыре кекса
доктор прописал
к ним путёвку к морю
чемодан вокзал
мы не осуждаем
нашего батька
трудно после смены
не вкрутить пивка
алёна про любовь узнала
от продавщицы огурцов
мол стынет кровь дрожат коленки
и сдачу трудно посчитать
зарой меня под абрикосом
я буду плакать и просить
не зарывай меня не надо
и ты тогда не зарывай
я ранен в голову ребята
не знаю выжывулия
скажите зое эскалибур
двенадцать жопа карандаш
тебе спасибо что приходишь
мою могилку навестить
я в это время тихо плачу
а в остальное я кричу
в стакане кофе желудёвый
в руках горячий чебурек
и солнце утреннее светит
под звон трамвая за окном