вчера ходил на петросяна
не в смысле на его концерт
а как бывает на медведя
в тайгу с рогатиной идут
к музыке и книгам
приучила мать
а ведь были шансы
человеком стать
пингвин животное простое
два глаза уши рот и нос
но это всё он робко прячет
в утёс
от электросхемы
в шоке вольт и ом
кот учёный ходит
по цепи кругом
мы вора били всем музеем
при входе ли на этаже ль
не помню где но получилось
под гжель
я тебя забуду
выпью корвалол
и из сердца вырву
там где ты колол
очень лихо фуги
сочиняет бах
чтобы бабы баху
говорили ах
как замечательного проснуться
понять что воскресенье семь
и позвонить по телефону
всем всем
на котсиопее
шерсть как снег идёт
вместо туч на небе
серый тучный кот
своего котяру
я назвал басём
часто рассуждаю
с ним о том о сём
она прошла как каравелла
он кинул якорь без стыда
а позже в зале повстречались
суда
винни пух на звёздах
вспомнил про нору
попа не пролазит
в чёрную дыру
будь со мной читаю
я на небесах
и ныряю в космос
у неё в глазах
ты не был никогда в том месте
где в почву молния вошла
там стонет лес рыдают камни
и хлещет кровь из под земли
муж лежит счастливый
и сопит в плечо
муж то мой конечно
остальное чьё
не реви девчонка
кончатся дожди
ешь капусты больше
верь надейся жди
бурный секс на крыше
но не котики
может негде может
для экзотики
увидев как сношались мухи
глеб равнодушным стал к порнухе
в мае на плакатах
реет оптимизм
бытовое пьянство
не алкоголизм
аркадий гибнет понемногу
уходит в землю по частям
два пальца в детстве глаз в июле
сегодня левая нога
достала зеркальце и вижу
как в отражения тенях
слова мерцают ты достала
меня
по лесу ночью проезжая
невольно чувствуешь мандраж
тем паче если ты при этом
багаж
на базаре много
всякой всячины
и глаза у тани
раскосячены
как стонешь ты впиваясь в горло
в период спаривания
не вспомнят ни олег ни игорь
ни я
на челобитной расписавшись
я протянул её царю
и опрометчиво добавил
дарю
солнышко пригрело
забурлила кровь
хочется безмерно
насаждать любовь
входит мой корабыль
вновь в семейный порт
но имеет сильный
крен на левый борт
помню как бежали
по полю к стогам
как скользило платье
падая к ногам
полечу ка братцы
срочно на юга
песню моря слышу
я из утюга
преобразился голубь мира
с шевронов форменных рубах
глядит с оливковой дубиной
в зубах