мы пересели на оленей
во время ядерной зимы
когда ушли в долину смерти
со всех вокзалов поезда
решила ольга не колоться
и попросила чтобы ей
ко дню рожденья подарили
напёрсток махонький такой
я б занялся сексом
с удовольствием
но набито пузо
продовольствием
наколи мне кольщик
отблагодарю
ржавый ледокольчик
плыть по декабрю
кто не любит зиму
для зухры враги
ведь они не в секте
шерстяной ноги
я вам чего простите ради
долги посписывал с тетради
ты стишки почаще
публикуй в вэ ка
потому что жизынь
очень коротка
в объятьях сонного морфея
лежала тушка котофея
жду с хароном встречу
чувствуя нутром
у него не лодка
у него паром
сегодня лёжа на кровати
о сексе вспомнила некстати
лежу в яслях кругом солома
скотина блеет за стеной
в дверном проёме в разных позах
три дядьки в шапках из фольги
белые снежинки
на устах твоих
ждут когда растопят
поцелуем их
с утра прошу помочь с уборкой
но муж лежит сродни свинье
я разозлясь как крикну живо
тное
блоха купившая путёвку
на жопу старого осла
на ней немало приключений
нашла
я прикажу оруженосцам
взять твой ашановский пакет
сам спешусь и поводья бросив
тебя укрою епанчой
а на столе стоит литавра
и в ней такая мнится мощ
что в эту комнату не входит
никто чья совесть нечиста
ветеринар ослабил хватку
и хомячок в руке умолк
так хорошо когда работа
не волк
здесь аромат стихов которых
муж никогда не понимал
дочь не читала сын не слышал
а я уже не напишу
наступила осень
прямо на ногу
и теперь не осень
я ходить могу
желтки с белками на лубянке
кричали скорлупе молись
и не такие тут раскалы
вались
твое молчанье режет вены
тупым зазубренным ножом
давай помиримся скорее
поржом
народ кто помнит расскажите
как мы попали в армавир
где мой кларнет и наизнанку
мои лосины почему
тонущей бы бабе
дал бы руку я
только мне мешает
бабофобия
ни тебе ни снега
ни тебе лыжни
а из спорта только
белку догони
выращенный фикус
парочка котов
лечат потихоньку
раны от скотов
на груди пристрою
баннер евросеть
ну а че я буду
просто так висеть
вы сударь как то слишком бранно
нам пожелали тут добра на
тарас не сразу стал маньяком
сопротивлялся сколько мог
но час настал на самокате
он въехал в город армавир
дед мороз где принцы
к тридцати шести
я себя устала
хорошо вести
кабы не мальта и ибица
была б нетронутой девица