помню было время
на что хочешь трать
жаль тогда я вовсе
не умел писать
так ни о чём в порядке бреда
прошла у нас с тобой беседа
во время скушных разговоров
я прячу руки под плащом
и там беззвучно на коленках
играю фугу ре минор
бродят по деревне
лысые ежи
видно подключили
нам шестую джи
не плачь наташ мы уебану
нассым на дольче и габбану
пакупай клубника
пэрчик и бахча
витамины лучше
всякава врача
олег воскликнул мама мия
тут же повсюду пандемия
я принёс клубнику
сливки и вино
только ты сказала
всё исключено
любил стоять он возле крана
вот и ушёл от нас так рано
встаю на лунную дорожку
бегу к несбыточной луне
но каждый раз светает раньше
чем успеваю добежать
в пандемию пятку
не сберёг ахилл
он ходил напрасно
в маске без бахил
пятый день гуляю
в полотенце я
улицы бескрайни
и деменция
наколи мне кольщик
два большых крыла
чтоб к поэту ночью
прилетать могла
мы наконец столкнулись в морге
я был уже зашит а ты
стеклянным неподвижным взглядом
сверлила белый потолок
бутылку с лейблом джонни вокер
несу довольный главврачу
сдавая так непринуждённо
мочу
поцелуем страстным
не разбужена
так как принцем я не
обнаружена
не было бы в мире
никаких забот
если бы в неделе
было семь суббот
когда закончены парады
под утро с юга просто так
въезжает в город бронепоезд
раскрашенный под хохлому
ты лети как птица
крыльями взмахнув
на мангал ниф нифа
отправлял нуф нуф
почти уснул овец считая
и тут какая то овца
мне шлёт очередной мемасик
в вацап
в конопляном поле
мы идём с конём
то взгрустнём о доле
то о ней ржанём
у власти нет горизонтали
и как нибудь наискосок
а есть немягкая прямая
как член моржовый вертикаль
вроде сорок пять мне
бес пробрался в рёбр
но пустых навстречу
утром много вёдр
только затянулись
раны на душе
снова предлагают
счастье в шалаше
с утра сижу убитый горем
держу в руках картинку с морем
с подводной лодки снимут шкуру
набьют соломой и дерьмом
и будут мыть вонючей шваброй
её стеклянные глаза
я начинающий писатель
всё хуже сон и аппетит
всё лучше слог всё крепче водка
всё туже петли из шарфов
помню было время
на что хочешь трать
а теперь под дверью
кредиторов рать
сказал я ночью человеку
куда идти в библиотеку
стержень есть у ручки
и в карандаше
есть он и у глеба
сломанный в душе