с любимою встретиться мне не пришлось
в весенний сезон обострений
сидят все в берлогах и нету об ось
трений
кто бабуль не слушал
те безбожники
их не исцеляют
подорожники
жены любовные романы
читаю в тайне от нее
холодной ночью в туалете
один заплаканный сижу
швейцарским пивком нанеся полироль
добавив коньячного шлейфа
исаев пытался припомнить пароль
сейфа
на территории олега
введён олегом карантин
он сам себе тут карантино
квентин
во времена когда царила
с коронавирусом борьба
нас разбросала по диванам
судьба
сижу в карантине смотрю за забор
умыт обогрет и залюблен
одно не пойму что ж не лезет мне дор
блю блин
и вдруг земля остановилась
сошло двенадцать человек
теперь висят руками машут
переворачиваются
лежу в кровати и стараюсь
на свет под дверью не смотреть
не слушать музыку и мама
стараюсь мама не кричать
мама мыла раму
мама мыла пол
папа пил пивасик
и смотрел футбол
пиздец несёт дурные вести
всё завтра будет но по двести
давно камасутра изучена вся
и вроде бы нечего делать
но снова по сто а потом шестьдесят
девять
сунул грека руку
чувствует что лёд
бурит грека лунку
и опять суёт
хочу здоровую простату
грозить чтоб ею супостату
чищу перфоратор
заряжаю дрель
будет вам сегодня
ласковый апрель
почти придумана вакцина
ты жди и главное не ссы на
щеку битый час подпирая рукой
в припадке склерозобоязни
я пью и пытаюсь припомнить какой
праздник
сижу в гестапо за решеткой
смотрю как дождь идёт за ней
а где то там война и немцы
а дальше русские и мир
а мы свидетели зенита
мы просто ходим и орём
нам ничего не нужно кроме
вот этой радости простой
ты в нерешительности мнёшься
а я почуявши весну
весьма решительно настроен
и мну
не видно на рентгене лёгких
следов от лап и от когтей
но я же чувствую там точно
скребутся чёрные коты
вымыта посуда
связаны чулки
чо ещё то сделать
дома мужики
огромный косолапый сахар
забрался глубоко в сугроб
к весне готовясь превратиться
в сироп
пишу музон как паганини
и это всё на карантине
мы вымерли как динозавры
и на поверхности земли
зарубцевались постепенно
гнилые язвы городов
возьмем к примеру николая
сказал задумчиво илья
и керамическую урну
внезапно выставил на стол
скинулись по сотне
и на юбилей
подарили шефу
пару имбирей
глеб со своей ля фам шершелью
питался хреном с вермишелью
пролетело лето
осень на носу
я дистанционно
астры в класс несу
вот и растаяли сугробы
жаль что не тают долбоёбы