что за дурацкая манера
да и вобще какого хера
когда терпеть зухру нет мочи
глеб в дом терпимости идёт
я тут в сердцах сказал ей сука
в ответ зловещее ни звука
я б мог кусать уснувших с краю
и обходиться без охот
но это слишком однобокий
подход
я знаете ли не онегин
не надо письма присылать
пришлите лучше мне картошки
для дочери велосипед
встал и озвучил постулаты
и на двенадцатом дала ты
кто за механика выходит
рожает сразу шестерню
все кошки в старости печальны
ведь в них накапливается
та боль которую когда то
они забрали у людей
чтоб в храме все светились счастьем
набей кадило коноплёй
стоит исус в усах и шляпе
в очках в зенитовском шарфе
а люди думают боярский
канальи тысяча чертей
у стелы жертвам аллергии
всегда есть свежие цветы
крича злодеям девятнадцать
аркадий борется со злом
ввиду отсутствия уменья
числом
я одиночества не вынес
не знал куда его нести
вдруг над летающей тарелкой
завис летающий стакан
раздалось тихое ну будем
и шесть стремительных глотков
жена прочла и охуела
в каких неведомых краях
в каком говне бредёт по пояс
поэта чорная душа
он брешет словно сивый мерин
что дескать только ей и верен
олег с в руках фотаппаратом
лежал придавленный домкратом
кричите громче убивают
в ютубе завтра всех найдут
на красной площади есть точка
в ней если стать спиной к кремлю
и снять штаны то можно долго
стоять минуты полторы
выходной проходит
начало темнеть
дайте хоть недельку
мне повыходнеть
настал мой долгожданный отпуск
опять не еду в амстердам
москвы не станет но не плачьте
еще останется милан
праобразы кремля и цума
не искаженные ничем
не звони мне больше
и не беспокой
ну о чём будильник
говорить с тобой
мне ненавистен этот город
все эти люди и дома
пока не прочитаю утром
твоё всегдашнее превед
олег в метро заснуть пытаясь
четыре станции подряд
считает бабушек что рядом
стоят
вяжи звучит команда справа
наручник бьётся о плечо
а я послушно вынимаю
крючок
аркадий жёг сердца глаголом
а как закончился глагол
он междометиями печень
колол
я так мечтаю вместе с папой
уехать в крым на весь июль
давай рванём из ватикана
папуль
зухра читает камасутру
пометки ставит на полях
разврат кошмар бесстыдство ужас
срам а вот это я смогу
в моих контактах телефонных
всё больше мёртвых а живым
мне если честно с каждым годом
всё реже хочется звонить