глеб поперхнулся видит ёжик
стоит в тумане с узелком
и ни чертей тебе ни белок
кругом
и вот левша одной стамеской
и топором ядрёна мать
изображал нам страдиварь и
амать
столкнулись в коридоре загса
привет привет какой сюрприз
ну как дела выходишь замуж
нет из
вступил в кружок по интересам
и в треугольник по мечтам
а в ромбик страха и сомнений
записан лет наверно с трех
Вот в мир кротов Иваныч вторгся
В своем березовом гробу.
Вот вырос ноготь исполинский
У Карла Юрича на носу,
И он теперь похож на птицу
В лесу.
Вот душ Шарко Иваныч принял,
А душ Иваныча — Шарко.
когда до веги оставалось
лететь тринадцать тысяч лет
я вспомнил плюшевого мишку
в кроватке на таврической
посмотрел на север
посмотрел на юг
и внутри паршиво
и тоска вокруг
олег ударился затылком
но стал немного погодя
вполне нормальным человеком
дождя
быть иль не быть олег решает
ведь на женитьбу денег нет
но зульфия уже поймала
букет
подъехал тракторист к заправке
заправил сразу полный бак
ещё пиджак заправил в джинсы
а джинсы в красные носки
да слегка подрался
да расквашен нос
но домой с картины
персики принёс
искали разум во вселенной
среди пустой бездушной тьмы
а эта тьма не понимала
кто мы
перерожденье это круто
жена мне пишет а ты где
а я уже в околоплодной
воде
прощай и я проглочен лифтом
и выплюнут через подъезд
и лишь окно твоей квартиры
шептало вслед не уходи
считают звезды в сонном небе
три пары безмятежных глаз
по взглядам их ещё не ясно
кто жрец кто воин кто поэт
в катино окошко
лучше не смотри
от стыда краснеют
даже фонари
опять устроили снежинки
в февральском небе чехарду
а я иду походкой гейши
по льду
возьми бемоль шептал евгений
смотря на губы зульфии
поющей в хоре коммунисток
руками трогая бемоль
матроскин шарик дядя фёдор
нашли себе одну из хат
и рейдерский осуществили
захват
на черной речке я рыбачил
когда вдруг двое подошли
один из них был кучерявым
нести пришлось его потом
отдам пипетки и реторту
тому чей лозунг жизнь борьба
мне что то стыдно стало мучить
раба
а карыл маркс и фридрих энгельс
расхожим мненьям вопреки
не пара любящих супругов
а разных четверо людей
вчера буянила хмельная
орала кар курлы я гусь
и лишь кащей шептал уймись мол
ягусь
бобёр известному поэту
сказал не пей чернил не плачь
пиши как пушкин про татьяну
и мяч
вы очень мало написали
сергей иванович толстой
у вас практически толстого
простой
где там в тебе лежит нежданный
и нелюбимый ни тобой
ни мной немой ничей ребёнок
неназываемый пока
преподаватель после сдачи
и двух бутылок коньяка
лежит увенчанная лавром
бака
ну ты же знаешь что я знаю
но продолжаешь делать вид
и так талантливо играешь
себя всю в белом на коне