музон для тех кому за тридцать
и тех кому не западло
конец недели приближался
и герострат решил отжечь
хожу с чудовищем в обнимку
а дома ждут меня ещё
мои чудовища и смотрят
в окно и дышат на стекло
макс планк с завидной постоянной
предупреждал вам всем кванты
ребята я потом поталибаню
а щас давайте вотки шлюх и в баню
олег во временном коллапсе
и он планирует вчера
на прошлый месяц пишет график
и предвкушает прошлый год
евгений праздничную куртку
надел на праздничный педжак
но у двери остановился
почуя старые носки
в слесарной мастерской амура
работы день деньской полно
то подобрать ключи от сердца
то цепи брака разорвать
мазай поссорился с мазайкой
узнав от зайского посла
что шапка новая из зайки
была
я разорвал картину мира
теперь из мрачной глубины
в мои глаза глядит картина
войны
ты собери мои костяшки
на леску нежно нанизай
и я тебе ещё браслетом
лет двадцать точно прослужу
я б не сказал что вы бездарность
так ведь напрашиваетесь
исуса избегали блохи
и не селились в нем глисты
и от него микроб случайный
как чорт от ладана бежал
читаю дни неторопливо
пролёты вижу птичьих стай
подбадривает осень тихо
листай
зимой залезу тайно ночью
с куском картона на пригорк
и испытаю попой детства
восторг
как полагается в дебатах
не знаю только издавна ль
набросил глеб на вентилятор
вуаль
амур седой в халате белом
дает рецептик на любовь
три года действие продлится
потом придете за другим
гленгульд боярский и шаинский
стоят в музее у тюссо
гребенщиков проходит мимо
на отрисовку и обмер
аркадий бегал по окопам
крича свободу робокопам
муж утром с кладбища явился
в глазах слеза штаны в росе
ну чё заладила кто умер
да все
тот маятник пробивший полночь
пошлёт в нокаут и меня
по лесу шол медведь и пахло
свинцом и порохом в лесу
а гдето в городе лежало
ружьё и пахло медведём
снежинки белые кружились
садились тихо на лицо
откуда снег успел подумать
поэт убитый в сентябре
стреляйте ну же что вы ждете
кричал амурам дед егор
один не выдержал и кинул
топор
бывало выйдешь утром в сени
и наступив на хвост кота
поймешь что глотка у лоретти
не та
твои слова текут цементом
мне прямо в душу не спеша
окаменела вдруг моментом
душа
ты тся и ться не различала
и научил тебя я тса
теперь ты умнитса тсаритса
овтса
кирпич расхвастался на складе
мол видел всю свою страну
фанера молча улыбалась
нуну
хотите знать зачем поставлен
высокий болевой порог
за ним каморка а в каморке
нет кроме боли ничего