на дороговизну
денег нет пока
жарься ка цыплёнок
ты без табака
я ж читал прогнозы
в сапогах иду ж
остро ощущая
недостаток луж
от унылых будней
и от выходных
пропиши мне осень
инеем под дых
в именьи графа де бомона
нешумен бал и скучен пир
ещё не прибыл значит граф де
бошир
прожывём однако
есть мука крупа
и в слезах собака
смотрит на попа
я открою людям
маленький секрет
наш начальник палыч
вдруг ушло в декрет
в параллельном мире
график свой кляня
нудная работа
едет на меня
тут данко сердце вырывает
кричит во тьму ха ха ха ха
затем хо хо хо хо но тише
и падает в сугроб лицом
повторял так долго
он халва халва
что от диабета
не подох едва
в какой то мере все мы боги
сказал аркадий и умолк
и начал шевелить губами
не вычисляй сказал исус
на отпевание священник
такой хорошенький вошел
что у покойной алевтины
глаза забегали в гробу
если голой бабой
искушает бес
каждый раз я твёрдо
отвечаю йес
не ложатся строчки
не написан стих
был талант и видно
потихоньку стих
давно хотел тебе признаться
уныло начал николай
оксана говорит я в курсе
и меры приняты уже
мы только справились с медведем
как вдруг нарисовался лев
потом нарисовалась мама
и отняла карандаши
от иннокентия скрывали
что он подкидыш и свинья
он думал что родной и птичка
парящая среди ветвей
глаз твоих бездонных
манит глубина
ты сходи проверь ка
глубь глазного дна
фу на ваши виллы
роскошь и уют
на заводах людям
грамоты дают
я спрошу печальных
голеньких осин
где весной берёте
антидепрессин
нам надо что-нибудь придумать
вскричал кирилл но как и всяк
придумав что-нибудь придумать
иссяк
оксана новому соседу
лишь улыбается пока
а муж молочные нащупал
рога
вся неделя глеба
состоит из дней
в коих он с тоскою
думает о ней
куплен к кофеварке
кофе всех мастей
тот что подешевле
это для гостей
наверно хорошо в гробу то
вот так наряженным лежать
когда нибудь я тоже так же
о боже только бы дожить
с самоваром в туле
будешь чужаком
как и в ливерпуле
со своим жуком
за месяц хари отожрали
орал на тварей пьяный ной
потом заставил взять по паре
гантелей и построиться
взгляд мусульман натренирован
проникновеньем под чадру
он видит внутренности зданий
и вглубь земли на метра три
там на невидимых деревьях
переступая сказки грань
русалки тихо превращались
в тарань
когда играешь роль пельменя
будь сочен толст горяч мясист
зажрался современный зритель
непросто убедить ево
на тетради школьной
капли горьких слёз
и клочки седые
маминых волос