я уже раздета
хватит жрать манты
точка джы не будет
ждать таких как ты
в проулке встретился с гоп-стопом
отъямбил их четырёхстопом
так я в этой жизни
часто был рогат
что меня на службу
пригласили в ад
отпусти родная
оба провода
и орать не надо
так без повода
на голове у николая
сидит задумчивый бобёр
и он не менее задумчив
чем сам владелец головы
твоя любовь как натюрморты
красивые но без души
моя любовь как на плацкарте
в алушту ехать дикарём
забыл отдать таджикам гвозди
для стройки бани у межи
спустя неделю приезжаю
кижи
дождь за окном скандал с соседкой
сгоревший намертво утюг
с трудом вмещает одинокий
матюг
мало ли стояло
во поле берёз
на китайский рынок
мчи мой лесовоз
о том что дважды два четыре
распространяться нет нужды
у нас записаны в тетрадку
все жды
бегут года и я всё больше
напоминаю тех людей
которые не знали смены
вождей
в детство возвратиться
хочется назад
где в прикуску с щастьем
хлеб и рафинад
может и ждала бы
алых парусов
но откуда ж взяться
им среди лесов
мы под дождём танцуем танго
не думая а что потом
нас только ангелы прикроют
зонтом
жёлто бурый в дырках
самый крайний лист
вырвала из текста
осень сценарист
молчала ольга а геннадий
неспешно погружался в грунт
и вот уже одна макушка
торчит над палою листвой
сегодня служишь ты светлана
нам украшением стола на
оксана ходит на работу
чтоб дотянуть до выходных
и в выходные было можно
ей на работу не ходить
пираньи откусили уши
пойду рыбачить где посуше
такие крупные вши ваши
зухре пытались льстить чуваши
не понять мотивов
вашей головы
видно вы и сами
с головой на вы
олег окуклился под пледом
а утром низко над землёй
летел за пивом влившись в стайку
помятых синих мотыльков
пытался обоссать два пальца
чтоб разобраться в простоте
но выходило то не два то
не те
перебивая вкус форшмака
и опостылевшей мацы
жую тайком кусочек сала
тницы
хмельная осень танцевала
в своём наряде золотом
и под конец в салат упала
листом
пока бахвалятся штангисты
кто больший может выжать вес
блины тихонько добавляет
себе в тарелку николай
от суеты и серых будней
уеду в мрачную дыру
и там всемирно неизвестным
умру
чёрная повязка
попугай и ром
мы кого работать
взяли на паром
соединились наши взгляды
в осеннем холоде квартир
и ты опять с меня снимаешь
мундир
снова на работу
ноги я влачу
утро понедельник
всё как не хочу