я тебя для лайков
добавлял в друзья
а не для морали
что так жить нельзя
застрял я в социальном лифте
в углу лежит вонючий бомж
на стенах кровь и экскременты
а вниз ещё пять этажей
бурундучиный бунт подавлен
сказал с экранов президент
и затолкал ведро орехов
себе в защочные мешки
эй кормчий что там персиянка
которой я как в angry birds
а что ей сделается эвон
гребёт с
залились весёлым
звоном бубенцы
мы в одной упряжке
в разные концы
лебедь из покрышки
наш украсил двор
что вы о дизайне
знали до сих пор
меня никто не поздравляет
точней поздравил кое кто
но ты собака не поздравил
и это всё перечеркнул
ласты маска плавки
полный антураж
поезд на анапу
взят на абордаж
наслаждайтесь летом
видами дождя
и желаньем моря
мужа изводя
поэт ритмично третьи сутки
стучал ямбической стопой
темнело небо надвигался
запой
пойдешь на право геем будешь
налево будешь содомит
иван решился конь в раздумьях
стоит
безразлична дочке
взрослых суета
сидя в уголочке
мир рисует та
ем я нынче в меру
тело это храм
йогурт полморковки
сала килограмм
князь покачнулся но остался
стоять лишь опустил глаза
и взгляд его ортогонально
пересекается с копьём
под платьем у оксаны юбка
под юбкой шорты и трусы
а под трусами снова шорты
под ними платье и пальто
что нету сисек у надежды
так это вовсе не беда
зато последней умирает
всегда
бетмена ни разу
не встречала я
попадался только
человек свинья
научу как сделать
первый миллион
тридцать шесть получек
вот тебе и он
открыл глаза жена и грядки
закрыл мулатки море пляж
опять открыл жена и грядки
не буду больше открывать
во время секса анатолий
телепатическим путём
сумел проникнуть в холодильник
и выесть мясо из борща
из за песчаного бархана
выходит караван моржей
с наполеоном в двадцать восемь
коржей
держится на ветке
пожелтевший лист
погоди шопена
жарить гармонист
мы комитет по анаграммам
стань лесом к переду изба
наш коллектив нет сил как лован
изба
с облаками просинь
лето на часах
а у нас где осень
стрелки на весах
олег в обшарпанном корыте
лежит и мокнет под дождём
пытаясь вспомнить как назвался
груздём
наслаждайтесь летом
словно хомячок
всё тащите в память
в зимний сундучок
вот вернулась с юга
чёрная жена
а хотя кто знает
может не она
как много девушек хороших
нарисовал художник роршах
а вы сдавали новосельцев
тот крикнул точно вашу мать
и побежал в цветмет лошадку
сдавать
умри умри кричал аркадий
и я подумала какой
он странный человек и слово
какое странное умри