когда в илью попала пуля
земля спружинила под ним
как тёплый и чуть напряжённый
живот прыгуньи в высоту
замерзли реки и дороги
расстаял свет в осенней мгле
и прячут пни кривые ноги
в земле
весёлый клоун тихо просит
а можно серое пальто
чтоб не смеялся надо мною
никто
сегодня на скамейку в парке
ко мне подсел какой то хмырь
а я подсела на сгущенку
на солнце море и тебя
даю полезные советы
как правильно и по уму
тонуть пишите в личку ваша
муму
исчезла ариэль с постели
как сон приятный поутру
но отложить успела в тапки
икру
с утра прозекторы приходят
в дверях олегу руку жмут
садятся тесным полукругом
и ждут
пол огурца краюха хлеба
и в наш минорный натюрморт
мажорный вносит только водка
аккорд
гаишник свой радар на солнце
направил а другой рукой
он держит рацию у уха
и вид серьезный у него
мы лиц частиц не различаем
и видим как бы их со спин
но знаем их заряд и массу
и спин
возьму для выпить литру гжелки
возьму бомжа поговорить
возьму для секса проститутку
и библию для почитать
страшнее грохота из детской
лишь тишина оттуда же
висит растяжка над дорогой
спермбанк россии нам шесть лет
сначала думал показалось
но нет
я продаю еду на рынке
но сведения чо почом
зашифровал с асимметричным
ключом
давай ка отмотаем время
минут на сорок пять назад
вино сольем назад в бутылки
одеждами прикроемся
лагман оксана заказала
но делают видать лингам
с тобой поспорили кто первым
сумеет лицезреть париж
мне повезло а ты увидел
умри ж
любое рыбка исполняет
желанье только попроси
но нужен сурдопереводчик
с фарси
досамосовершенствовалась
одиннадцатиклассница
притоносодержательницу
облагодетельствовала
по телефону мама плачет
что всё болит и что умрёт
а сын молчит и смотрит в стену
и держит трубку у виска
я вижу двух уродов в белом
и двух уродов в голубом
они хотят меня разрезать
и вынуть чтото из меня
сидишь и ждёшь в аэропорте
что прилетит твоя жена
с любовником её подруги
а я вот никого не жду
боюсь ослепнуть и повсюду
ношу я тёмные очки
в которых ничего не вижу
и люди думают слепой
а между нами триста улиц
сто тридцать рек пятьсот лесов
двенадцать тысяч километров
и стеклышки оконные
осень наступила
в средней полосе.
а на юге лето.
всё. сосите все.
тут я под тайсона ныряю
и левой бью ему в кадык
да ладно гнать и чё нокаут
ну дык
ура виват все восклицали
бросали в воздух горобцом
а он летал и улыбался
лицом
однажды безголовый всадник
сказал что он забыл дэзэ
и вот впервые марь иванна
с ответом так и не нашлась
какой то хер у загса ночью
стоит и шепчет мне в лицо
я властелин ты не получишь
кольцо
откормленну домашней пищей
семья заполнив весь перрон
рыдая впихивает дочку
в вагон