в былые времена у окон
звук серенад и балалайк
теперь коммент ничё так фотка
и лайк
олег протягивает стасу
лучистый слиток золотой
сперва напильником обточишь
потом пройдёшься наждаком
на пятачках пока держали
в столичном тюзе травести
до виннипухов ей три пуда
расти
олег оксане поклонялся
писал стихи дарил цветы
а игорь грубый и не трезвый
с ней только ссорился и спал
вот если б мы хотели драки
то сразу выдрали б глаза
но мы ж не выдрали а кстати
кто за
на черепахах мир держался
и было очень даже норм
нет дай им сцуко новых сутей
и форм
олег зовёт оксану лапой
той что ночами в тишине
железными когтями сердце
сжимает больно изнутри
все книги зло решил геннадий
от них порезы и грибок
растраты плач и аллергия
уж лучше в омут головой
спросил кукушку сколько жить мне
она вдруг смолкла и глядит
на что то за моей спиною
с жывотным ужасом в глазах
тушь пудра яркая помада
иду походкой от бедра
украсить мир кому то ж надо
с утра
какой ваш цвет любимый зоя
а я не знаю как назвать
когда по луже пару капель
бензина расползаются
давай кота пропылесосим
ведь кот крупнее чем хомяк
и он физически не может
застрять как тот хомяк в трубе
с работы кот пришёл усталый
и мне ложится на живот
подогревать холодный ужин
иду с котом на животе
а помнишь как меня совочком
ты в детстве бил по голове
сказал злорадно улыбаясь
хирург и выключил наркоз
вот лето осенью накрылось
та соответственно зимой
а отпуск видимо накрылся
совсем
мне пишут жоны президентов
с вопросами как жить теперь
и я подробно отвечаю
им на примерах из себя
вот стрелки биг бена застыли на миг
в своей файвоклоковой фазе
а что было дальше а дальше был биг
маззи
ах источают ваши губы
речей жывительный бальзам
неправдолюб неправдорубу
сказал
иероним уходит с викой
а возвращается один
и воровато оглянувшись
салфеткой вытирает рот
оксана пьёт зелёный кофе
хватает за ноги петра
и гомерически хохочет
и не отбрасывает тень
что сторонишься ихтиандыр
все мы по сути род людской
вот и тебя нашли в капусте
морской
ты экономил днём полтинник
и не оплачивал проезд
а ночью жаба дырку в карме
проест
купил хитиновую шубу
из цельных сшитую кусков
трех миллионов колорадских
жуков
внутрь фотографии где папа
весёлый и ещё живой
заходит умершая кошка
спит на коленях до утра
директор наш от нарушений
рабочих дисциплин устав
внёс атата по голой попе
в устав
седой и мудрый венеролог
сказал спокойно не дрожи
соврём любимому что это
дрожжи
официант вы принесите
вон ту филёнчатую дверь
поел попил хочу я выйти
теперь
смотрю она на мотоцикле
но как положено с косой
в футболке с надписью хочу быть
как цой
ты спрятав небо под полою
ушёл неведомо куда
но я найду тебя по звёздам
что отвалились по пути
джованни вышел от любимой
плыл звёзд полночный караван
неслышно падал на джованни
диван