исус пришол пожал всем руки
достал доклад о ста страниц
и стал клеймить сидящих в зале
сверкая стёклами пенснэ
семья эвенков прослезилась
их младший сын отныне гей
отец читает клятву гея
мать вяжет радужный носок
нам всем на фабрике смартфонов
отрезали фаланги пальц
теперь быстрее собираем
проворными обрубками
оксана на моем диване
листает мой альбом мане
я вышел будто бы за кофе
и встал прижавшись лбом к стене
а если на минутку сядешь
кровь поступает к голове
и сразу мысль зачем все это
и встать потом еще трудней
любила тетрис клеопатра
большая яма и туда
рабы шагают друг за другом
кто в стойке смирно кто крестом
нет ничего милей на свете
чем сон в рабочем кабинете
берёзовые табуретки
скажи а ты на них сидел
эх ничего то ты не знаешь
в безумных удовольствиях
олег познал значенье жопы
в отличьи от других пройдох
он в ней родился рос женился
и сдох
чужие руки у олега
хранятся в месте потайном
он достает их для работы
убийства бунта грабежа
я ожидаю птицу счастья
сижу без зрелищ и еды
но навещает только ёжик
беды
я ощутил чужую руку
в своём кармане и она
напомнила твою родную
и так же тянется к деньгам
напрасной тратой макияжа
вновь оказался этот день
не ходите дети
на весенний лёд
вы не мамонтёнки
мама не найдёт
в её глазах любовь до гроба
и несомненно моего
глеб в резервации олегов
ещё не чувствует беды
а за спиной уже сомкнулись
ряды
горьковато сладкий
привкус белены
николай приехал
к тёще на блины
и автор детям в назиданье
медведю лапу оторвал
бежит по лесу задыхаясь
одна молоденькая ель
за нею молча и на лыжах
с пилой несутся мужики
пока себя внутри искала
снаружи портился фасад
был молод я ходил на блядки
а щас всю ночь пишу девятки
ты дорогой иди дорогой
своей дорогой дорогой
поймали гопника поэты
и прям в лицо ему сонеты
атос в трактире обнаружил
довольно страшную миледь
но та как стала после третьей
милеть
упал курс золота к молчанью
теперь в обменнике валют
гроши ломая за молчанье
дают
с тобою нас свела погода
паштет и слива на спирту
и равнодушие к ансамблю
ю ту
на моём диване
только лень и я
ожидаем вместе
просветления
в москву намылились сестрицы
устроить будущность свою
а я наверное тут лягу
шкою
скафандр царапая когтями
и завывая как кингконг
незнайку встретил одичавший
армстронг
гудел трактир седло скрипело
кричал надрывно арамис
его гвардейцы принимали
за мисс