вдали гвардейцы с дежюсаком
слезливо выли о былом
и чёрт меня попутал скрипнуть
седлом
аркадий медленно раскрылся
как делают бутоны роз
и на асфальт упал желудок
и нос
живут же жены беззаботно
в гареме гордого паши
а тут всю жизнь на трёх работах
паши
я еду в поезде на полке
здесь жестко жарко и темно
и из соседей громко пахнет
вином
ты главное поэт хороший
как человек то ты говно
но что поделать тут уж что то
одно
вы поразительны оксана
так поражает финский нож
вы шо цитату не узнали
кино ж
с любимыми не расставайтесь
вовеки вопреки судьбе
и чо теперь твой труп оставить
себе
я на часок всего лишь вышел
а ты всё сердишься зухра
и не пойму при чём тут поза
вчера
большой привет с аэродрома
мы улетаем навсегда
прощай целуем с уваженьем
года
народ в метро стозевным монстром
ползет лаяй неумолим
и жадно дышит кислородом
моим
буквально сразу после свадьбы
я стал бояться темноты
трясусь от страха перед спальней
там ты
олег со смертью разминулся
всего на несколько минут
пришол домой глядит соседа
несут
бобрята плачут и хвостами
ежом играют в бадминтон
медведь царь леса хоть и редкий
гондон
под новый год товарищ сталин
непредсказуемо добрел
всех приглашал на новогодний
расстрел
зачем горбатый эсмеральду
зачем немой свою муму
а дездемону негр за что не
пойму
вдаваться в тонкости коллизий
впустую требуете вы
я не вдающийся писатель
я вы
когда я был ещё моложе
хотя казалось бы куда
щелкал как семачки давинчьи
кода
вот славный сэр говейн а следом
сэр кей хоть сам и не говейн
но весь говейновою славой
овейн
несу в травмпункт путём знакомым
больную руку на весу
и ковыряю бывшим пальцем
в носу
товарищ ленин три недели
не доедал в тюрьме паёк
потом слепил дыру из хлеба
и сбёг
в тисках больничного режима
для медсестры венок плести
архиидей и одержимо
лости
мне как алхимику подвластны
сурьма и висмут цинк и медь
а мне хотелось бы оксану
иметь
икар дедалыч расскажите
как вы возглавили дакар
да как всегда пинок под жопу
и кар
моряк поднявшийся из трюма
упав на палубу без сил
на рыб мечей взирал угрюмо
и пил
жан пьер выходит на монмартыр
шерше ля фам и вслед за ним
плывёт любовь незримым шлейфом
и мим
сколькиминутный вам солярий
спросил сотрудник зульфию
она рассеянно сказала
сию
хома пока еще скучая
дочерчивает мелом круг
и только линия замкнулась
как вдруг
я нифига не понимаю
на вашем стрёмном языке
вы объясните попростому
перке
мечтаю превратиться в кошку
чтоб на работу не пойти
и на душe весь день у шeфа
скрести
в эпоху бюр машинописных
меж машинисток был нередк
раздор с метанием друг в дружку
каретк