весь бар титаника в печали
нагрелось виски где же лёд
вдруг к ним вплывает добрый айсберг
а вот
когда в общественной уборной
мне улыбается брюнет
не то что не люблю брюнетов
но нет
олег с моста глядел на воду
в ней отражались облака
вдруг кто то по плечу похлопал
пока
моя была на всё бы воля
отлавливал бы я кидал
и к раньше пойманным кидалам
кидал
гудит на лобном месте вече
но тут брусли кричит кия
и всюду мозги человече
ския
нетрезвый чацкий в ресторане
разя не мыслью а амбре
кричит каре мне из ягнёнка
каре
полковник приставал к поэту
зажав беднягу в уголке
а можно вас на пару слов о
полке
поскольку втайне от супруги
один отправился в круиз
я груз весомых извинений
пру из
уж если горький разошелся
никто от бури не съебёт
ни глупый пингвин ни пугливый
сибёд
взмахнув кавалерийской шахой
гигантоман сказал хи хи
сейчас я вам повыпускаю
кихи
довольно драм сказал продюссер
косясь на барабанщика
и в такт задёргалась у ринги
щека
прохладный августовский вечер
уже одолевает сон
и ты накинула на плечи
какая вы хорошенькая
какая симпатичная
какая замечательная
как я
лежит резиновая зина
последний выдох испустив
прости меня за этот страсти
порыв
как классно быть нечистой тварью
шептались звери на борту
ведь чистых он потом прирежет
в порту
лиса вопросы реализма
нельзя решать вот так вот в лоб
ах да позвольте я представлюсь
колоб
а как ожили деревяшки
открой секреты урфин джус
не спрашивайте я немного
стыжусь
бульдог сбежал оставив маме
на память отпечаток лап
а всплыл уже внезапно в каме
ди клаб
шелка волос и бархат кожи
две три жемчужины зубов
кладу сокровища в шкатулки
гробов
меня неспешно окружали
два мертвяка упырь и лич
а впереди лукаво щурясь
ильич
любвеобильный гуманоид
ласкает щупальцем зухру
в ноздрю откладывает страстно
икру
одной рукой держась за груди
другой за пах уставший мим
показывать пытался людям
мейнстрим
открой мне двери валентина
ведь я же всё ещё твой брат
хоть я из труб и шестерёнок
собрат
месье я только из гаскони
верхом на газовом коне
куды тут у париж скажите
мине
поскольку пробам и ошибкам
вы предпочли гранёный штык
пора признать антинаучным
ваш тык
как упоительны в россии
обеды утры вечера
пока в бокале пузырится
икра
мне трудно жить с двумя отцами
сводить приходится опять
свои счета концы с концами
и бать
ну вот созрел я для женитьбы
в душе почувствовав весну
теперь ещё бы оживить бы
жену
мы кузнецы и дух наш молод
мы рано засветло встаем
и лихо машем молотком и
куём
зарядку делает мой город
его движения просты
он поднимает к небу руки
мосты