царевич был в себе уверен
и в поисках невест ретив
но подвела его упругость
тетив
в шарфе и новой шапке зимней
идёт по улице антон
и с крыш сосули соскребает
помпон
гипотетических галактик
гляди громадная гряда
где гуманоидом горилла
горда
в гипотетической вселенной
гипотетический толстой
войну и мир смеясь отправил
в отстой
главнокомандующий флота
склонясь над картой закурил
подумав выстрелил в бэ восемь
убил
последний майя чертит знаки
он болен стар он в целом плох
на цифрах двадцать ноль двенадцать
издох
а черз двести лет напишет
весь в порошке фанат таджык
на стенах города ташкента
цай жыв
за полминуты до рожденья
засомневался вдруг прокоп
и стал на стенке матки делать
подкоп
бывают в этой жизни миги
когда накатит благодать
и тут берутся в руки книги
и спать
фильм ужасов и мелодраму
снимает режыссёр андрей
всё для любителей кровавых
хандрей
зачем ты теребишь мне душу
варганщик в белой епанче
замок вращается в минорном
ключе
мятежные пусть просят бури
кричат что это произвол
сегодня ведь произродился
сам ВОЛ
( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )
( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )
( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )( @ )
( @ )( @ )
моя коллекцыя старинных
фигурок из папье маше
вокруг тут кружытся в безумном
марше
шагренью белой снежной кожи
покрыта спящая земля
на ней вторым таким же слоем
моя
под рождество турист геннадий
с палаткой по лесу ходил
взрывал петардами берлоги
и мстил
три мушкетёра на геракле
плывут через па де кале
оле констанция кричит им
оле
вот двухголовая елена
вот трёхголовый александр
а вот семён ему подлей ка
в скафандр
я из окрестностей парижа
представьте все кому не лень
там надевают барсука на
бекрень
седой пингвин кричит быстрее
увёртывайся и гарпунь
так в антарктиде добывают
шампунь
ночь напролет употребляю
напитки самых разных свойств
произвожу с собою сбой всех
устройств
открыл бутылку самогона
а к ней открыл и банку шпрот
открылись чакры карма в жылы
течот
отступит ядерная стужа
на землю вновь придет весна
и от подснежников распухнет
десна
дед накопив воспоминанья
их внукам с щедростью раздал
лишь про грабеж и расчлененку
смолчал
солдат я старый донна роза
любви не знаю громких слов
и не бросаю их на розу
ветров
андрей свои стишки читает
догадкой страшною томим
его в роддоме подменили
другим
у кратера на лунном грунте
гагарин по земле грустил
вскрывал конфеты лайм на водке
и пил
тик так уходят вдаль секунды
я как старинные часы
опали волосы ресницы
усы
большой театр толпа у входа
в глазах собравшихся печаль
и вот выносят с телом арфы
рояль
по подозренью в описанью
не поддающихся вещах
мы вас поместим под домашний
очаг