найдя источник вдохновенья
в бутылке красного вина
я извлекаю по словечку
со дна
мы так хотели в загс скорее
чтоб жызнь прожыть к плечу плечо
но мама вовремя сказала
ты чо
и страшно по утру и стыдно
сказал мольеру жан кокто
особенно когда не помню
за что
когда конфуция кормили
он сразу мудрость изрекал
а натощак пуская слюни
икал
из леса вышел тип суровый
и в пачку розовую влез
два фуэтэ бризе аллегро
и в лес
я начинаю двигать мебель
в три ночи под колонок трель
вы мне ответите по полной
за дрель
простился глеб с учениками
и навсегда ушол в астрал
сопровождаемый пинками
достал
купила няшного котёнка
у всех сплошное мимими
а я теперь эту зверюгу
корми
апрельским солнцем обновленный
лазури полон небосвод
тихонько рыцари уходят
под лед
подвыпив на ночь дездемона
решила пофиг старый мавр
и об коленку перегнула
двутавр
о той последней наше встрече
я вспоминаю чуть дрожа
как ты безжалостна поверхность
ежа
что мне подсунули поганцы
ведь я просил не патиссон
кричал обиженный богами
ясон
какая славная идея
добавить водки в оранж-джус
все веселее веселее
я ржу-с
то нить теряю разговора
то смысыл жизни не найти
невинность от потери можно ль
спасти
мне серый стряхивают пепел
на русый волос головы
я потерплю я буду с ними
на Вы
мы все сияли как алмазы
но время истины пришло
он нас берет подносит к глазу
стекло
похоже на любовь однако
бормочет вслух оленевод
и трогает оленю нежно
жывот
ну что ж давайте потанцуем
с глубин утробных крикнул глист
сперва таблетки после клизьма
и твист
с собакой и котом б осталась
а мужа б прогнала взашей
но лает громче он и ловит
мышей
с тобой шутя играет ветер
и рвёт из рук куски газет
и ты ругаешь деревянный
клозет
царевич был в себе уверен
и в поисках невест ретив
но подвела его упругость
тетив
жираф большой ему виднее
так все пигмеи говорят
но только видит он пигмея
навряд
в шарфе и новой шапке зимней
идёт по улице антон
и с крыш сосули соскребает
помпон
гипотетических галактик
гляди громадная гряда
где гуманоидом горилла
горда
в гипотетической вселенной
гипотетический толстой
войну и мир смеясь отправил
в отстой
главнокомандующий флота
склонясь над картой закурил
подумав выстрелил в бэ восемь
убил
последний майя чертит знаки
он болен стар он в целом плох
на цифрах двадцать ноль двенадцать
издох
а черз двести лет напишет
весь в порошке фанат таджык
на стенах города ташкента
цай жыв
за полминуты до рожденья
засомневался вдруг прокоп
и стал на стенке матки делать
подкоп
бывают в этой жизни миги
когда накатит благодать
и тут берутся в руки книги
и спать