на мир правитель согласился
не в смысле прям сейчас и здесь
а в смысле после всех сражений
на весь
волна не то чтоб набежала
скорей пришла сама собой
степан сказал княжна пройдёмте
в прибой
я таю как кусочек масла
как лёд как эскимо как воск
и тонкой плёнкой покрываю
твой мозг
у николая на балконе
растут в ведре опарыши
растут не для рыбалки так для
души
главврач откачивал ребёнка
укачанного дураком
подробней на заставьмолиться
дот ком
то под то над то под дорогой
плывут рога троллейбуса
по оживлённой трассе мёби
уса
я путешественник из дальних
малоизученных земель
классифицированных куком
как мель
к шести утра пришол в больницу
хотел быть первым на узи
а тут уже сидят шестнадцать
баб зин
она как бабушка из детства
придёт заботлива добра
погасит свет и скажет просто
пора
был гарпунирован жестоко
шотландским судном белый кит
за пожелание семь футов
под килт
учились мы на курсах кройки
и параллельно от девчат
олег закончил медицинский
халат
олег в трусы к себе пускает
энцефалитного клеща
от скуки новых ощущений
ища
я обнимал гитару нежно
и под её простой аккорд
сердец биенье учащалось
и морд
на вопль искусствоведа светы
я сударь вам не дорога
олег ударился поспешно
в дега
не клеят щас почтовых марок
на электронное письмо
но я из тех кто цель поставил
и смог
выходит капитан на сушу
а там голодный чингачгук
простите сударь вы случайно
не кук
дойдя до точки сделал вывод
добавив яд в бокал с бордо
что жизни нет ни после смерти
ни до
вот так всегда верхи не могут
не говоря уж о низах
и середина пропадает
ни за х
словами будто злое лето в
холодных снах высоких гор
расплавил быт сознаний летов
егор
на прихожан не напасёшься
позолочённого христа
целуйте меньше и в другие
места
не поминайте лихом лохи
я улетаю на таймыр
и посвящу там жызнь разгадкам
тайн мымр
кто химик тут а кто алхимик
какая разница уже
пускай погибнут за науку
и лже
не нужно папа загранишных
цветов и шубы на меху
мне нужен аленький прекрасный
ктулху
войдя в преступный сговор барды
с наскока взяли кабаре
но увидав гитары взяли
баррэ
а помнишь в старом городище
в ветхозаветные года
мы на урочищах сидели
труда
степан вздохнул муму читая
и чуб казацкий теребя
на миг в герасиме увидел
себя
у беглой мысли нету тела
нет ног и рук ресниц и век
маршрута нет погоды бога
есть бег
за независимость пампасов
был брошен вызов саранче
отряд ведет на битву муха
чече
однажды перед светлой пасхой
сказал мне батюшка постись
и я потопала лениво
пастись
доярки в ужасе примчались
восстал доильный аппарат
а у самих глаза и щёки
горят