не мил илоне был серьожа
один альоша на уме
глаза его и восемнадцать
сэмэ
сегодня ротной поварихе
исполнилось бы пятьдесят
не набери солдаты ложных
лисят
выкрикивая дифирамбы
лиса вся извелась в гавно
не зная что глуха ворона
давно
билет вагон и проводница
гул пассажиров крепкий чай
куда приеду сам не знаю
встречай
я ни черта не успеваю
ни поработать ни пожить
так чем тогда я занимаюсь
скажи
я так хочу на берег моря
хотя бы краешком ноги
а тут зима и под глазами
круги
перекосилась хата джима
когда ушла красотка сью
и джим от горя стал недвижим
остью
когда последние нейроны
угасли медленно в мозгу
сергей сказал ну слава богу
агу
наш иллюзионист скончался
не дрогнул палец на курке
а мог бы весь отдаться цирку
лярке
антон отстал от самолёта
и никуда не улетел
ввиду чего и не был найден
меж тел
слон в тапках по доске шагает
жираф в халате конь в пальто
барто бумагу рвёт вздыхает
не то
неохмелённый спозаранку
уселся в кресло режиссёр
и начал вызывать к парадной
мотор
экстраполярники на льдинах
экстраполируют вовсю
от северной земли и аж до
хонсю
шагает март и с ним в обнимку
весна в зелёном галифе
кто ж снегу твоему поверит
враль фе
от клуба кинопутешествий
загара нет не чуешь бриз
зато не нужно чемоданов
и виз
по сути что такое радость
решали как то с другом мы
увидеть бабочку в разгаре
зимы
не бойся маша я дубровскый
задобрил виннипух пчелу
и та лишь нежно прикоснулась
к челу
счастливый менеджер геннадий
лежал на солнце и смердел
молекулярно отстраняясь
от дел
под взглядами коллег смутившись
глеб рассказал как на духу
что влил оставшуюся водку
в уху
прополоскать потом накапать
добавить секса пару грамм
жена инструкцию читает
к мозгам
налейте что нибудь покрепче
товарищ вам уже раз пять
сказали крепче можем только
обнять
пришла пора поднять бокалы
за тех кто не жалея сил
самоотверженно и дерзко
косил
таким как вы товарищ летов
у нас в раю на вход табу
к тому же лично вас видал я
в гробу
любимый мы с тобой сегодня
пойдём на пятьдесят оттен
ошмётки медленно стекали
со стен
с веганом мирно ели пили
и вдруг он плачет на столе
как ты их ешь они ведь жили
стые
усталый лифт закроет двери
поймёт что сильно пообвис
протрёт цой жив погасит лампы
и вниз
я книгу книг прочел и долго
бродил грустнее остальных
покуда не зашел в пивную
пивных
мы щебетали как колибри
и пили сахарный сироп
добытый методом ошибок
и проб
тихонько патия рождалась
когда я повстречалась с ним
наполовину между анти
и сим
когда б не вы олег никитич
да ваша жесткая рука
уже не раз бы я нарушил
у ка