снимаю кожу каждый вечер
фарфора маску запах тел
вы тоже это ведь наш общий
удел
портрет еще не знал что болен
но всеж пугался каждый раз
он виноватых дорианов
ских глаз
он разорвал на мне рубашку
татуировку увидал
вскричал простите федор львович
не знал
в конфессиях не разбираюсь
у каждого свой личный бог
а у меня их двое элвис
ван гог
всё это и умно и глупо
умно то что сказали вы
а глупо то что я не понял
увы
да штож вы злые то такие
вскричал создатель в ужасе
потом осекся и добавил
не все
смотри дружок внутри старушки
девчушка с бантиком в косе
да переваривают детство
не все
я чуть сама не офигела
по счастью рядом был гийом
и мы немного офигели
вдвоём
ну что за вежливая грубость
сквозь плащ руки не подают
да я дрочил здесь ваша светлость
а тут
в огромной ванной у оксаны
стоит корзина для белья
и в ней томится ожиданьем
илья
супруг стучится так внезапно
у нас на лицах страх и злость
сейчас когда уже последний
вбит гвоздь
из кукурузы выходили
детишки с вилами в руках
такие милые убийцы
прям ах
меж измереньями вставляю
стул ногу кол домкрат и лом
быть должен меж вчера и завтра
проём
наш капитан с железной волей
залил водой горящий трюм
и заработал деревянный
костюм
я ластиком стираю память
ну пусть не всю но может быть
смогу всё то что мне не нужно
забыть
откройте именем закона
ещё какой нибудь закон
сопротивленье бесполезно
ньютон
я расписал все стены дома
котами самых разных форм
таких не знал еще наш дворник
реформ
стафилококк простому коку
остафил в память о любви
прыщи фурункулы абсцессы
угри
со сцены голосом прекрасным
в туманы грёз зовёт адель
а за туманом чуть подальше
бордель
не разбирай мон шер не надо
мои каракули души
а приодеть меня в каракуль
спеши
вот человек стоит в скафандре
протягивает мне листок
здесь ваш диагноз прошептал и
убег
любимая останься тайной
загадочности не разрушь
скажи лишь где берешь колготки
и тушь
волосяной покров оксаны
включает целый микрокосм
в нём даже бродит где то разум
меж косм
людовик думаете буду
я за подвески вас терпеть
испанка да но я и чукча
на треть
тряся гондолою призывно
курлычет в небе дирижабль
нет не могу сегодня в небо
а жаль
восход над морем золотыми
лучами раздражает глаз
то верещагинский восходит
баркас
мобильник чёрный в чёрном доме
звонит пронзительно и зло
снимаю трубку а оттуда
алло
какой прошу прощенья гречи
каких пардон муа курей
таких я не употребляю
словей
вы мне не нравитесь по снимку
горячечноболезный вид
и холодец у вас в желудке
кипит
когда все вышли из роддома
явился важный какаду
сказал обратно возвращаться
в роддом