вчера на рынке фермер коля
свою корову продавал
свинью и курицу тупую
с которой жил пятнадцать лет
сняв лягушачее обличье
царевна ходит голышом
стирает моет шьёт и варит
поквакивая изредка
аркадий был вперёдсмотрящим
а глеб ему смотрящим в зад
и больше не было матросов
на этом тесном корабле
живжив чирикают беспечно
на солнцепеке воробьи
а депрессивный жырный голубь
опять нудит умруумру
оксана умирала долго
мучительно неторопясь
смакуя боль кричала в голос
родным мешая горевать
ты так сказал люблю что дети
гуськом ушли из за стола
а мне пришлось готовить тесто
чтоб как то скалку оправдать
я еду в поезде на север
ищу места где нет тебя
мелькают за окном деревья
деревни месяцы года
зухра в хурме и взбитых сливках
легла развратно на кровать
мужчин опередили осы
и роем трахнули её
когда мой бегемот скучает
я говорю пойдём гулять
и радостно ломая стены
он мне приносит поводок
нам паразитам лучше в жопе
вещает главный паразит
а сам детей своих готовит
и отучает от говна
за игорем следят спецслужбы
он это понял по тому
что никого нигде не видно
а это значит что следят
вы умираете как люди
от боли старости от пуль
а я хочу как помидоры
от поцелуя умереть
бывает что стихи такие
как будто автор на станке
их создал идеально точно
по чертежам твоей души
поставь на двоечку вибратор
и передай татьяне чтоб
не оставляла на восьмерке
и заряжала за собой
олег читает этикетку
чтоб точно знать процент говна
но этикетка в этом месте
говном испачкана чуть чуть
вдова читает в протоколе
что труп принадлежит петру
усиленно соображает
труп нажит в браке или до
олег родился от оксаны
но умер он от топора
хотя топор по документам
ему фактически никто
а где то на периферии
её давно остывших чувств
мурашки нежась в формалине
напоминают о былом
олег все двери открывая
за каждой стену находил
никак не мог понять где выход
и почему на них цена
приходит к нам алёна в гости
перекусить и в туалет
ты заходи ещё алёна
нам очень скучно без тебя
ну встань ну подойди поближе
ну приласкай ну поцелуй
так нет забился в тёмный угол
сидит и смотрит и молчит
евгений укрепился в вере
не может слабая жена
домой пришедшая внезапно
его от веры оторвать
я знаю всё об этой рыбе
все способы её варить
солить мариновать и жарить
давайте выпустим её
зашила зоя в куклу барби
пятнадцать граммов конопли
и барби долго улыбалась
пройдя таможенный контроль
ещё вчера меня бухого
жена прогнала за порог
но утром вынесла мне пледик
и кофе подала в сугроб
а завтра мы уходим в море
надолго тихо я спросил
старпом задумался о чём то
и грубо бросил навсегда
причин так много у натальи
чтоб уходить на глубину
но с каждым разом всё сложнее
найти причину чтоб наверх
когда на улицу я вышел
увидел сколько там людей
прикинул сколько же патронов
мне сэкономил тазепам
а что наркоз у вас не местный
опять наверно привозной
спросила бабка у хирурга
и камнем рухнула на стол
аркадий по водопроводу
не может ольге позвонить
и льётся у неё из крана
поток бессмысленной воды