ты меня сегодня
мама не рожай
холодно и сыро
лучше сразу в май
выштормило глеба
с якорем на пляж
якорёк винтажный
глеба хрен продашь
сложно для любимой
подобрать букет
почему то свежих
на могилках нет
глеб почти очнулся
а вокруг следы
прожитой бесцельно
пятницосреды
мёртвые еноты
не дают мне спать
видно зря засунул
столько под кровать
от добра добра я
больше не ищу
в декольте котёнка
грею и грущу
встретить бы маньячку
в лесополосе
но они куда то
подевались все
под подушкой глеба
десять медвежат
так на всякый случай
пусть себе лежат
я уже не помню
запах летних роз
до конца со мною
водка и склероз
глебу смерть казалась
воплощеньем зла
а она от жизни
навсегда спасла
не до секса глаша
мне вообще сейчас
да и нету столько
у меня за час
всех послушных деток
на прощание
дед мороз вставляет
в завещание
глеб на огороде
пятый день лежит
удобряет землю
украшает вид
не читает глаша
виршей что пишу
а ведь я в них вложил
всю свою душу
ты сыта печалью
ты пьяна тоской
тут ещё по морде
гробовой доской
пофигу уже на
содержание
у меня тут стихо
недержание
клятву гиппократа
задом наперёд
глеб опять читает
и опять живёт
коля наконец то
прибыл на сатурн
в третьей из последних
уцелевших урн
ты воображенью
врезала под дых
в тексте понаставив
точек запятых
пропиши мне доктор
секс с близняшками
и самолеченье
депрессяшками
глеб опять о сексе
думает всерьёз
неужели снова
кинет дед мороз
проходила мимо
будто не знаком
обернулась только
на свистящий лом
не нашли в капусте
аист не принёс
на тебя надежда
дедушка мороз
во поле берёзка
без трусов стоит
а трусы пристроишь
сразу портят вид
нелегко поверить
но стараюсь зин
что мытьём полов ты
этот лимузин
если б знал я много
как и вассерман
я б забыл где с сексом
у меня карман
я рождён для секса
нет я не еда
колобок подумал
жопой как всегда
что играет роща
вроде берлиоз
жаль что западают
клавиши берёз
мне вторую руку
плача пилит мать
говорит так больше
будут подавать
я бы засмешил вас
глашенька до слёз
но юморородный
орган не отрос