я на свидании с мужчиной
проговорила час другой
и постепенно осознала
н е м о й
не аистом и не в капусте
какой помилуйте роддом
произошёл от обезьяны
с трудом
ломает стулья ест из чашек
но вот в избу вошёл медведь
и маша резко начинает
трезветь
людьми известными из воска
буржуйский радует музей
но знатокам там не хватает
друзей
твердил что с дважды два всё можно
неоднозначно трактовать
в итоге препод согласился
на пять
ходить не надо на работу
захочешь громко песнь запой
олег познал значенье слова
запой
ему кричат зачем ты в гору
залез и держишься на ней
а он свистит не покладая
клешней
мой подопечный оторваться
хотел бы с тёлкою в лесу
но я его самозабвенно
пасу
налоги горестно рыдают
являя жалость и укор
когда от них уходят люди
в оффшор
внутри бушуют ураганы
глаза горят томится плоть
земля оттаяла и скоро
полоть
куда по чистому попёрлись
когда на улице гроза
кричит техничка вы разуйте
глаза
ружьём и фотоаппаратом
вооружаюсь до зубов
снимать природу и русалок
с дубов
не вижу буквы на таблице
одни размытые значки
умело в оптике втирают
очки
пока одни со злом воюют
открыто грубо и хитро
другие тихо причиняют
добро
икры десятки имитаций
икорный видит молодняк
и понимает что метаться
поздняк
ты наступил на таракана
и на другом конце земли
на всех банкнотах пропадают
нули
тащу рыхлю сажаю сею
помёрзло залито грущу
удобрил выросло срываю
тащу
я замечательный товарищ
известен крепостью зубов
как вариант возможен выезд
в тамбов
когда икея спать уложит
шкафы комоды зеркала
в тиши раздастся топот ножек
стола
чтоб сфоткать милую на яхте
я с носа бегал на корму
а ближе к осени и с мачты
сниму
от провороненной посылки
коробка в лесополосе
с размытой надписью от бога
лисе
хотел замять постелью ссору
а ты мечтала о другом
и предложила мне остаться
врагом
пусть кляп во рту в оковах руки
но я свободу прокляну
живя у собственных иллюзий
в плену
вы зря не стали слушать фугу
а я клялась уже в зубах
что будет вам теперь шопен а
не бах
сказал инспектору налоги
платить мне нечем кроме вил
и ими час ему на жалость
давил
чтоб в человека превратиться
из обезьяны хоть на треть
пришлось аркадию неделю
трезветь
я вспоминаю летний вечер
ремонтный цех пустой ангар
тебя одетую лишь в лёгкий
загар
и трон и царские палаты
чтоб сохранились на века
царь загружает снова селфи
в вэка
не прошибить мне эту стену
из недомолвок и разлук
но разбегусь на всякий случай
а вдруг
всю ночь на кухне звёзды с чаем
за разговором просидят
в небесном куполе качая
звездят