заходишь в полосу прибоя
ложишься на песок и ждешь
когда волной как одеялом
тебя укроет с головой
стакан мой пуст стакан мой полон
до верха воздухом ночным
я пью а в нём не убывает
я пью и льётся через край
я лёг и на мгновенье умер
и это вышло хорошо
помаюсь и умру надольше
ишшо
стоит аркадий у калитки
и смотрит как проходит жизнь
и как за нею смерть проходит
а вслед за смертью зульфия
к моим плечам большое небо
пришито нитями дождя
оно цепляется за ветки
и не дает зайти в твой дом
душа горит вторые сутки
и просит огненной воды
смочить хотя бы сердцевину
чтоб полыхало но не жгло
слезами горю не поможешь
и водки столько не купить
хотя ещё раз гляну что там
в загашнике и кошельке
глянь на проклятьем заклейменных
они уже с трудом встают
когда олег подул на ранку
поднялся ветер и пригнал
с востока снеговые тучи
а дай ка я сказал семён
по вечерам вяжу носки я
когда я лыка не вяжу
в свободное от лыка время
такое хобби у меня
приходят внучка и собака
за ними кошка мышь и дед
и все как будто ждут чегото
и говорят мне не тяни
луна глядит заплывшим глазом
на город тонущий во мгле
на жолтый поплавок в пучину
затянутого фонаря
олег сказал что всё пропало
и прямо на моих глазах
пропал он сам бутылка вотки
и дорогая серцу брош
белаз проехал по бульвару
теперь подавлено молчат
старушки дети кот и трое
девчат
во вторник старый капельмейстер
спросонья вышел на балкон
и закричал весне дорогу
и с крыши грянула капель
из канцелярии небесной
пришел ответ на мой запрос
стандартный бланк со штампом хуйвам
и подпись старший по хуйвам
звенит треклятый колокольчик
мигает лампочка а я
сжав челюсти сдержать пытаюсь
ручьем бегущую слюну
один егор не пах любовью
и незамеченным прошел
а нас кто только не обнюхал
не надкусил не облизал
когда ко мне приходят гости
я становлюсь на табурет
читаю стих и не прощаясь
поспешно ухожу в себя
компот на вид компот компотом
я каждый день такой беру
а вкус любовного напитка
а действие как есть компот
на крыше дома ржавый флюгер
пока метеослужбы спят
распоряжается ветрами
дает тайфунам имена
апокалипсис превкушая
досель невиданный симптом
я кушал правильно бананы
ротом
храню рентгеновские снимки
перебирая иногда
вот и портрет берцовой кости
прекрасной двадцать лет назад
вчера по невскому проспекту
оксана гоголем прошлась
а вслед неслось он жыв смотрите
похоронили то жывьём
эксгибиционист аркадий
заходит за старушкой в лифт
и торопливо обнажает
больную душу перед ней
есть три зонта один от солнца
другой поменьше от дождя
а тот большой чтоб встретить ветер
и унесенной быть с земли
переселяюцца народы
жерар везёт с собой бардо
бардо слонов слоны холеру
мордва уходит вглубь страны
одною праной сыт не будешь
сказал геннадий сел за стол
и мигом через сахасрару
всосал соленый огурец
в плохие дни поэт-делирик
бывал безумно плодовит
всё изменилось и сегодня
я из окна смотрю на снег
вчера я так на дождь смотрела
на листопад позавчера