бог создающий помидоры
забыв про скот зверей и птиц
стоит один у бесконечных
теплиц
глядел в окно соседских баней
мечтая так же с тётей таней
гэгэ спокойно курит в кадре
на фоне нервных мизансцен
и зритель делится на тех кто
следит за фоном и за ним
к открытию олимпиады
мы закупили у себя
тринадцать тысяч открывашек
чтоб посмотреть что там внутри
лежу и слушаю у мамы
то телевизора фальцет
то холодильника из кухни
успокоительный басок
у зульфии от чахохбили
одышка кашель страшный зуд
а все как будто сговорились
несут
подари мне милый
зелени ведро
и пойдем скорее
вместе в тур бюро
грей на ящик рома
обменял буссоль
ром буссоли больше
нравится ассоль
пришёл к сове антисоветчик
и дал простой антисовет
насчёт пораньше встать и встретить
рассвет
ты маня если мучит совесть
иконы к стенке отверни
чтоб жениху не настучали
они
поехали аделаида
встречать закаты в пакистан
и вещи не бери не надо
там нет вещей ни у кого
хотел поставлять из реки молоко
но сорваны переговоры
шныряют кисельные здесь берего
воры
за переехавшим трамваем
без ног бежать не поспеваем
приходишь в рай а там стреляют
и пули все летят в тебя
и ты стоишь и понимаешь
что вот он настоящий рай
как плакать если слёз ни капли
не может выдавить из глаз
седая мать и смотрит сухо
на сына мёртвого в гробу
в рождество европу
запросто пленя
красные c мешками
бегали три дня
сто сорок пятая страница
кричит мне я баба яга
и гулко стукнулась о стенку
книга
вы если похудеть хотите
без компаса ходите в лес
летел на землю сбитый ангел
и оставлял на небе след
а люди думали что праздник
а люди думали салют
мои следы смывает море
и песня тает в чаек хоре
ох как мне хочется порою
послать их всех с такой игрою
праздник к нам приходит
это всё не сон
по опушкам ёлок
раздаётся стон
я поживу у вас немного
я вас ничем не напрягу
или сказать что я надолго
и даже может навсегда
я жую шаверму
ты же шаурму
но осталась скрепа
плачем по му му
все принцы бросили оксану
и стала беспринципной жизнь
петь про бабло уже не ново
ты лучше спой как всё хреново
похоронили церетели
лежит зураб в родной земле
упершись головой в камчатку
ногами крепкими в кавказ
погружались в прорубь
думав о грехах
мужики ух ух ах
женщины ах ах
в стране поющих унитазов
регалий и очередей
пронёсся слух что очень скоро
наступит первое число
вы умирали некрасиво
в агонии в крови в слезах
совсем не так как в белой пачке
под музыку чайковского