москва центральный самый центыр
там в центре центоризберком
а в центре центоризбиркома
стоит могучий вешняков
я знаю даже очень после
в тебе звучат мои слова
я даже знаю точно так же
они звучали очень до
я потеряюсь в переписке
а через восемнадцать лет
ты вдруг найдешь на старом диске
еще не мертвого меня
паркинсоничный чупакабра
уж не мечтает о козе
давно его мечты почили в
бозе
покойный был весьма богатым
об этом нам поведал гроб
и длинный перечень элитных
хвороб
глеб шёл несолоно хлебавши
и слёзы слизывал с лица
невысокообсеменённый
бактерионосителем
условносеронегативен
несенсибилизирован
скажите вы меня хотите
неудивительно ведь я
на завтрак ел пельмени с мясом
и ими пахнет изо рта
на фрукты и ягоды неурожай
и сахар дороже в три раза
накроется медным варенье пускай
тазом
зе шоу естественно маст гоу он
но крыша от ужаса едет
ведь с шелестом вязов приходит в мой сон
фредди
не разделяю ваши взгляды
сказал зюганову косой
в сухом остатке у олега
оксаной скрашенный досуг
и это значит что остаток
не сух
разбито оно и устало саднить
рубцуясь недавними швами
и это вполне я могу объяснить
вами
от шума пикников подальше
бреду вдоль лесополосы
наматывая километры
попсы
я на катке вчера катался
на офигительном катке
а конькобежцы разбегались
когда асфальт я клал меж них
мой телемак пишу ещё раз
ты не ответил мне тогда
так с кем мы всё же воевали
откуда столько мертвецов
ни здесь ни там и не сегодня
а завтра то есть никогда
вопроса вместо посылаю
смешной про жопу пирожок
и от нее же президенту
видеообращение
миледи давайте мы в ваш выходной
гвардейцам кого нибудь снимем
а то вам смотрю трудновато одной
с ними
купил арбуз без документов
но чу таможенный контроль
и спрятать под квадратной шляпой
не получается арбуз
портос а можно к вам под платье
и вместе мы тогда пройдём
я только что от леди винтер
там проездной остался мой
там он номах там русь и киев
а в двадцать пятом тайм-омон
побег в египет древний тут он
хамон
убогий нищий вынул плётку
наручники и длинный нож
достал из сумки труп министра
и приступил перекрестясь
аркадий зарядил оксанин
шестизарядный пистолет
и шол по улице пустынной
на дело с рабиновичем
опять по яблоки забрался
архипка в ужасе молчал
глазными яблоками только
вращал
когда у вас ума палатка
но есть существенный оклад
то наплевать на недомерность
палат
покинь париж ось зла и скверны
и разделяя сей посыл
я как фанера вниз по сене
уплыл
не опуская глаз смотрели
мы друг на друга с разных плит
духовной пищи не хватает
большому телу зульфии
сижу тихонько на вокзале
самсу запихиваю в рот
а мне в лицо прохожий тычет
смотрите дедушка мороз