сгорел дотла джордано бруно
зато не выебут в гробу на
плещется с волною
точно не со мной
где то в синем море
ихтиандор мой
от фильма хатико я плачу
и если рядом режут лук
а если хатико разрезать
а если снять про лук кино
я сплю и слышу юра юра
чего спросил открыв глаза
перевернись хрущев на связи
из кадра жопу убери
снова у маркиза
всё в наличии
айболит пришил и
даже бычии
я век прожил учился помер
как оказалось дураком
но промолчал о том у гроба
местком
у брамса сложные пассажи
а у альтиста две культи
что только повышает диффи
культи
олег оксану раздевает
на сиськи ей глядит в бинокль
а их там нет такой вот перди
монокль
я скинула к весне в два счета
весь лишний вес но грустно чёта
бешено качает
ветер провода
а по ним идут к нам
снег и холода
заплыв за буй рекорд поставил
участник из кукуева
льют не уставая
летние дожди
я поплыл к русалкам
ты меня не жди
в день предновогодний
замуж скачет кто
лишь селёдки в шубах
за коней в пальто
мне для тебя ничо не жалко
настолько я тебя люблю
делюсь последней сигаретой
нет пополам но фильтр тебе
сегодня дед вчера был папа
вот и дождался лэвэл апа
ах оля оля я невольник
своих желаний и стремле
речь оборвалась пригвоздило
к земле
вернёшься пьяный и уставший
откроешь дверь и в темноте
забывшись позовёшь другую
тяжёлым именем моим
читал я пастернака книжку
чего то там про докторишку
мой дядя умер тётя плачет
тогда я подключил ей бот
чтоб он звонил ей каждый вечер
мол заночую у петра
скажи мне гражданин начальник
зачем лапшу кидаешь в чайник
дайте ж разбежаться
в море чтоб бултых
будете кто выжил
типа понятых
садовник опытной рукою
эфир от спама прополол
с корнями выкорчевал ботов
на клумбе смайлы посадил
любовью к стройной субмарине
горел эсминец на волнах
безумной страстью подожённый
отнерестившихся торпед
глеб начинает своё утро
всегда с бутылки коньяка
пока другого в жизни нет ма
яка
как в дверях увидел
две зухры олег
с алкоголя тут же
перешёл на бег
я ясно вижу это порча
снимать не будем вам идёт
а петербургу как ливайсу
пятьсот один мохнатый год
и он такой же грязно синий
и в нем болтаюсь я как хуй
нет крылатых мыслей
в свете хмурых дней
от погод нелётных
в голове моей
на городской старинной башне
часы вдруг повернули вспять
но ничего не изменилось
опять
мы через месяц поженились
но привыкали по частям
ты постепенно прирастала
к костям