бывает повода не ищешь
басё читаешь например
и вдруг соседка входит пятый
размер
из холодильника продукты
геннадий взвесил на весах
так много убыло что точно
к оксане ктото приходил
зима всё чаще как и лето
всё чаще осень и весна
вапще всё как то стало чаще
не успеваешь замечать
илья кладёт на полку зубы
глаз аккуратно достаёт
присев отстёгивает ногу
медаль снимает с пиджака
башка трещала и тошнило
пока писал девятый вал
а третьяков ещё заказы
совал
мой бог ты всё же негритянка
алексий молвил изумлен
ты дьявола еще не видел
раздался хохот в небесах
скажите ребе в лабутенах
и охмурительных штанах
ходить в шаббат не запрещает
танах?
нашедший путь порой не знает
возглавить или развести
толпу болванов не нашедших
пути
открыв окно на мир мятежный
всегда критически смотри
в дурдоме важно оставаться
внутри
корабыль рассекает волны
а я задумчиво смотрю
на солнце море брызги чаек
на человека за бортом
на кухне мёртвого олега
сидит живая зульфия
живой оксане в мёртвый кофе
какой то сыплет порошок
она мечтала о мальдивах
о принце в солнечном краю
но о губу она споткнулась
свою
ты королевское отродье
кричала королева мать
горошину из под перины
не жрать
шел снегопат домой с работы
и луж не видел на пути
он грыз морковь в его палате
сегодня умер снеговик
мы поощряем спорт и книгу
слегка не одобряем секс
а вот курение и плесень
мы не приветствуем совсем
злой рок преследовал оксану
и ямы рыл и ставил сеть
а та упрямо продолжала
попсеть
в тринадцать ровно пушкин щоткой
обмёл станок убрал резцы
в железный ящичек и быстро
на электричку зашагал
когда потужилась оксана
и наконец то родила
олег накладывал пельмени
и вдруг один пельмень упал
итак берём бутылку водки
и видим в отблеске стекла
как жизнь до этого в нас глупо
текла
не спят в иваново ткачихи
а вспоминают средь ночей
штыки восставшие лионских
ткачей
хмельная осень танцевала
в своём наряде золотом
и под конец в салат упала
листом
искал потерянный бумажник
но потерпел при этом крах
в бюро находок только совесть
и страх
я просыпаюсь по ошибке
приняв снотворное за яд
уже четвёртую неделю
подряд
мы танцевали я и ветер
на том заброшенном мосту
где танцевал вчера сентябырь
свою последнюю кадриль
пельмени затолкав тамара
их запила густым борщом
вспотев сидит с лицом довольным
успела всё же до шести
евгений тянет руку к свету
но както вяло без затей
но вот фотон и средний палец
соприкасаются слегка
две личности в теле совсем не беда
прислушайтесь обе к совету
бывает ведь даже одной иногда
нету
пришел увидел две полоски
и злобно зыркнул на жену
но взглядом их не переделать
в одну
гараж не нужен мы отсюда
не будем ездить никуда
а здесь построим крематорий
для слуг жывотных и детей
мир захватили айболиты
в руках их задницы элиты