меня собирая в селенье
готовит рекламу семья
избу что пойдет на сожженье
и серого психа коня
не хочу работать
это сущий вздор
срочно выходные
дайте на повтор
она отбивает ногами ножи
и делает комбо и ката
бедняжка непросто поди без мужи
ка то
я худел полгода
голодал как зверь
и в конце диеты
проползал под дверь
глафира знайте ваше рыло
меня навеки покорыло
нормально говорит григорий
отлично вторит константин
оксана с ними не согласна
но кляп мешает говорить
медсестра над койкой
колыхнула грудь
у петра под мышкой
полыхнула ртуть
набил могилку до отказа
но глядь немножко места есть
еще впихнул туда собачку
кошь мышь и майского жука
сижу с биноклем у портьеры
и жду когда пройдёт любовь
вдруг кто то сзади тихо тихо
ладонь кладёт мне на плечо
в знак памяти о наших встречах
храню я прядь твоих волос
ногтей чуть чуть ушную серу
и жменьку перхоти еще
на дне рождения у тёщи
антон порвал аккордеон
и устоявшийся казалось
шаблон
укрываю розы
на зиму храня
а потом укроют
розами меня
ты нужен мне как фараону
автограф ксении собчак
я в вас не верю вы фантомы
кричит кристина и бежит
через толпу и оседают
все люди пылью перед ней
вон с той румяной санитаркой
устрою полуношный флирт
для облегчения общенья
есть спирт
ну колобок не надо плакать
и горе заливать вином
да что с того что ты был первым
блином
олег проснулся однобоким
неполноценным мужыком
а нужно было спать у стенки
и двери на ночь закрывать
теософического кокса
частицы сыпались на нас
антисмертином буржуазным
дразнясь
хошь распинай хошь распинайся
тут всё едино вот те крест
И обсыкаясь кипятком
Летает пчёлка над цветком.
прекрасны сиськи на рассвете
и на закате и в ночи
а днём немножечко мешают
отчёт квартальный составлять
не могу расслабить
мышцы головы
их походу нету
в голове увы
олег настраивает вечность
чтоб уходящие года
к нему обратно возвращались
всегда
водкою с блинами
лето помянём
и не будем больше
вспоминать о нём
герасим к речке наклонился
и полоскает в ней бельё
бельё облизывает руки
и притворяется мумой
смотрю красою огорошен
на блик на бронзовом жучке
и пять малюсеньких горошин
в стручке
узкими все двери
маленьким диван
стали постепенно
от сердечных ран
как говорил мне папа турок
в кого ж ты блять такой придурок
евгений к госпоже с поклоном
прошу примите госпожа
легкоусваиваемого
ежа
под новый год живу скромнее
пакет с пакетами пустеет