тетиву небрежно
пальцем теребя
купидон случайно
выстрелил в себя
не нужны мне эти
фразы о любви
лучше дай покушать
и усынови
не было печали
появилась ты
королева очень
страшной красоты
что ни год в россии
високосный год
если не засохнет
то дождём зальёт
ветер гнал по лесу
запах шашлыка
со слюной проглочен
кончик языка
шёл упал очнулся
гипс два костыля
почему не может
пухом быть земля
я возьму гитару
и начну уже
запевать тихонько
раны на душе
лето умирает
в страхе ждёт народ
что вот вот начнётся
кончится вот вот
многие не могут
жить в моём мозгу
ну а ты попробуй
через не могу
лижут страстно волны
башню маяка
ты учись оксана
я живой пока
тридцать девять это
первая строка
есть там жизнь вапче та
после сорока?
дети ждут подарков
елок ждут коты
а чего от санты
ожидаешь ты
они столкнулись носом к носу
холодным утром в декабре
не дрогнул ни единый мускул
в ноздре
невесом и нежен
сакуры цветок
но любовь к ромашкам
припечатал бог
хочу я чтоб голодных в мире
поменьше стало хоть чуть чуть
поэтому сейчас я встану
пойду на кухню и поем
сынишка на листе рисует
деревья солнышко траву
малевичь смотрит удручённо
ну вот в кого такой дебил
олег лежит убитый горем
контрольный в сердце наповал
вокруг рассыпаны пустые
слова
смотрите ка эстет нашёлся
нарыл фундук в моём борще
да я рецепты не читаю
вообще
улыбка это спазым мышцев
когда спокойный с виду рот
растягивается до жутких
шырот
найти графин остывшей водки
среди продуктов и кастрюль
и под селедочку с горчицей
согреть ее своим теплом
нет смысла спорить только с теми
кто вас решил не понимать
из под блинов в спортивном зале
олег за булками следил
один раз замужем была я
минимализм мне по душе
опять к чертям летят все планы
что по последним новостям
не добавляет оптимизма
чертям
порой мне мыслить запрещают
чужие мысли в голове
вы гордая в вечернем платье
а ночью плачете как все
олег в ежовых рукавицах
провёл в саду полдня визжа
покуда мама не примчалась
ежа
чугунной чушкой под завязку
забиты хата и гараж
а что ещё возьмёшь с завода
тяжмаш
в колокола звонил весь вечер
но трубку так никто не взял
мы верещали рано утром
на весь пустынный летний двор
а солнце согревало лужи
и наши перья и листву