седой усталый слон сквозь джунгли
идет на кладбище слонов
герани высадить у мамы
оградку папе подровнять
я вырасту и стану куклой
запишет девочка в дневник
наполовину получилось
добавит через двадцать лет
геннадий сверлит древесину
своим отравленным сверлом
и древесина глухо стонет
и стружки капают в песок
ми фами фами реми фами
ми редоси редоси ми
ми фами лясольфами мире
сидореми и в сольмажор
олег любил ходить в театор
и каждый день в него ходил
по шесть по восемь километров
и даже бегал иногда
удар и я ушол по пояс
ещё удар и по глаза
которыми смотрел устало
как с ним в обнимку ты ушла
сидит маресьев в ресторане
в руках меню в глазах печаль
администратор обьясняет
что ролы только с лососём
хочу в посылке ей отправить
все книги диски и кино
чтоб к моему приезду дура
могла хотя бы му сказать
три дня на куликовом поле
монголы ждут своих врагов
а враг в подполье куликовом
листовки клеит жжет мосты
тычо как быдло в туалете
стульчак не хочеш подымать
и для кого купила ёршык
моя седая мама а
сегодня я поел в столовой
внутри меня лежит еда
ее от мира защищая
я мышцы тела все напряг
цветы мороженое шнитке
задержка братья перелом
и гдето в этом промежутке
мы переходим с вы на ты
обходил годами
дома телефон
трубку снял случайно
там всё тот же слон
о себе немного
жутко холостой
сеновал форева
загсы все отстой
вы зря себя не бережете
когда влюбляетесь в меня
это что за техник
в дом проник извне
и чего то чинит
без меня жене
смешал я в пропорции десять к восьми
напитки мартини и тоник
и в доме облонских смешались с людьми
кони
я без тебя прожил полгода
зажатый рамками ума
и сердцем понял что свобода
тюрьма
эх кабы я крылья имел за полдня
достиг бы легко благодати
но я добираюсь пешком у меня
лапти
шмыгнул носом петя
сопельки утря
а они опять же
лезут из нутря
удачный день у айболита
он сделал клизму главврачу
а на вопрос за что ответил
учу
застыв принюхавшись оскалясь
и не отбрасывая тень
завыл деепричастный обо
ротень
пил кефир с батоном
молод был и смел
всё имел и в то же
время не имел
переполох в общаге женской
туда явился сам бред пит
нажрался никого не тронул
и спит
поверхность ольги бесподобна
и глеб сканируя её
дрожа и заикаясь шепчет
мммоё
по утрам спокойно
молчаливо ем
нет в рекламной ленте
новостей совсем
сон растаял словно
с белых яблонь дым
ой простите с красных
листьев клёна ведь
зина на диете
и от постных щей
я в сто раз кощее
стал чем сам кощей
я знаю что всегда в ответе
за тех кого раздели мы
лето догорает
на костре рябин
улетает в осень
журавлиный клин