я не ебу за гаражами
но раз уж вы пришли в пижаме
собравшись пересилил лень я
начав процесс совокупленья
и вот мной брошена граната
сижу грущу ну как она там
как хорошо что вы не пьёте
вопрос простой как вы живёте
кто вытирал пыль на рояле
на нём носки мои стояли
все отпустил грехи поп яне
мол не считается по пьяни
вы так умны и непорочны
когда ваш рот заклеен скотчем
листок прилипший к жопе в бане
напомнил дольче о габбане
я этот фильм не понял лично
на то он бля и дэвид линч на
вам нужно отработать гранты
вот вазелин и лубриканты
ты что иванушка не весел
зачем алёнушку повесил
и пёс и котик и старушка
и джек который строил дом
все потихонечку скатились
в содом
чихать хотела алефтина
что протяжённостью транссиб
четыре тыщи будь здорова
спасиб
вот мой отчет о зажировке
с шестидесяти двух до ста
позвольте мы вас направляли
на ста
я занял деньги гувернёру
подумать только гувернёр
и вдруг такой непунктуальный
вернёр
мы предоставить можем только
отдельный номер для двоих
спешите всемером вселиться
до них
давно бы умер бедный гамлет
но неуёмный организм
периодически впадает
в тубизм
мы думали его подельник
убил ударом по спине
но сослуживцы говорят что
поне
прекрасная ответпидора
сказала одиссею нет
и это кстати был неверный
ответ
казаться на люди нет мочи
и не казаться мочи нет
я человеконенавистник
и ед
мы комитет по анаграммам
стань лесом к переду изба
наш коллектив нет сил как лован
изба
все персоналии условны
события послал аллах
написано на уголовных
делах
ацтекский бог тецкатлипоки
псилоцибиновых грибов
нашёл сорвал поел чихнул будь
здоров
и понял я пора делиться
чтоб стать физическим лицом
а не остаться безымянным
яйцом
слизь ня сказал слизняк и слизью
услизил маленьких слизнят
слизнята загалдели хором
слизь ня
неубедительный создатель
пытался тщетно доказать
что он отец всему жывому
и мать
лежим на полках словно книги
и под колёсный перестук
читаем их не выпуская
из рук
зря я нажрался этой дряни
мелькнуло в голове ильи
когда у мира отвалился
gui
контрольных три по яйцам в печень
по репутации ещё
ну вот любимый мой теперь ты
прощён
границы стёрты дня и ночи
и в покрывале невской мглы
они становятся порочно
белы