мы принимали вас за яхве
а вы полад бюль бюль оглы
а ваши заповеди як вы
моглы
there are two kinds of people Tuco
those ones who have an iron dick
and those ones who have a shovel
you dig
читает старая арина
для арапчонка на фарси
перевелись богатыри на
руси
я помню как кипел от страсти
и как выплёскивал запал
и как тебе потом жилище
копал
ну что любезный признавайтесь
куда вы дели церезит
от вас любезный церезитом
разит
лежу в могиле и от скуки
жду одного а то и двух
любителей своё отжывшых
старух
покойный взял бутылку скотча
и в одиночестве распил
об этом говорит продольный
распил
два схемотехника напали
на николая во дворе
и у его теперь неонка
внутре
какая классные бабуля
связала ласты мне вчера
теперь я точно не утопну
ура
видал я ваши аквапарки
с их чудо горками в гробу
опять все деньги улетели
в трубу
я грустная сижу под дверью
сломался ключ в зубах замка
пока сижу уж разложилась
слегка
вот парадокс среди двуглазых
быть одноглазым нелегко
среди безглазых кстати тоже
не то
состав сквозь километры мчится
осин домов лесов и трав
я с ним на верхней полке ноги
задрав
художник я в реальной жизни
и эцилопп в тревожных снах
я написал этюд в багровых
штанах
пришелец пристально направил
на борщ горилку и лучок
поляризованного света
пучок
ты знаешь фёдору намедни
жена наставила рога
и за грехи у ей отпала
нога
в НИИ учоные решили
проблемы мироздания
при этом здание обрушив
НИЯ
я бьорн заводчик канареек
я въехал выше этажом
а вы я андерс беринг брейвик
с ружом
лежит с полгодика на полке
недонаписанный роман
а на полу слегка подгнивший
роман
я мух люблю порой весенней
не всех конечно лишь одну
ту что пережила со мною
весну
мне счет фактуру личной жизни
вчера по факсу скинул бес
я в ожиданьи счет фактуры
с небес
такое дело юрий в общем
макака сдохла и не в счёт
присядь сюда мы начинаем
отсчёт
она в глазок меня увидев
сообразила что не вор
и оказала мне радушный
отпор
колоратурное сопрано
кивает с видом знатока
мышь у проснувшейся оксаны
в руках
медведь на машу смотрит дико
вот эта подойдёт вполне
эй зубочисточка иди ка
ко мне
во поле субъекта не видати
некому берёзу осознати
иннокентий львович
бегает трусцой
жить желая вечно
как кобейн и цой
я по миру пустил семейство
детей в стокгольм жену в париж
герой сидит на героине
у героини зреет план
петров был водкин уникален
он пил до красных лошадей