ко мне приходит белый мамонт
на ципках аккуратно чтоб
и у окна ложится в мягкий
сугроб
аполлинарий на комбайне
умчался в утренний туман
при этом взгляд его был крайне
туманн
мне то ли снится то ли мнится
я по воде пешком иду
а после крест жара и гвозди
в бреду
скольжу по краю и вдыхаю
небеснозвёздный концентрат
вот вот и возведётся вечность
в квадрат
иероним выносит утку
ночами прячась от врачей
чтоб вместе посидеть на яйцах
грачей
наряд омона для разгона
несогласованной тоски
я примеряю не снимая
носки
люблю твой визг при торможеньи
и хруст разбитого крыла
весёлый дребезг лобового
стекла
в тетради жизни осень листьев
и по шагреневой озноб
страницы ветром вырывает
из скоб
горе вздымает очи амон
чтоб обратиться к богу ра
а там на небе вот такая
дыра
распространяется по свету
сквозь сотни зюхелей и циск
известие что папой выбран
франциск
все дарвину рукоплескали
крича вот это да ого
а припозднившиеся даже
ного
молчат мои доуэлянты
не раскрывая рты пока
я их несу на расстоянье
плевка
слепых людей за агрессивность
ругают часто и не зря
пойдут вразнос дай только повод
ыря
спит сладко петя в колыбельке
и снится каждый раз одно
боярин скрывший бородою
окно
четвёртым томом пастернака
по голове с размаху на ка
из лифта выскочило тело
всем сообщив я не хотело
от политических событий
я снизил частоту соитий
к чему лукавить антонина
у вас не стать у вас станина
не любишь шашлыки и манты
считаю я что уебан ты
за вэдэвэ сказал наш взводный
и синтез запустил холодный
в музее дали мне в ебло на
ну прямо блять разрыв шаблона
нет у игната больше брата
зато теперь два самоката
а нам теперь милее книги
на освежителях интриги
с похмелья утром морду брея
увидел в зеркале шарпея
голосовали так ведь не же
одни и те же на манеже
пришел в бордель не ради ебли
я мент вы что совсем ослепли
всегда теряю нить сюжета
в районе третьего минета
прошу любимая не пей на
четырнадцатый литр глинтвейна
актёр красивым баритоном
читал в тюрьме стихи барто нам
когда работал трактористом
всем говорил скажите триста