ведь ты последний из маклаев
сегодня ты познаешь дзен
миклухе говорил беллинсга
узен
накину красный плащ на плечи
и став торреро на скаку
я как в быка воткну свой порох
в хокку
мятежные пусть просят бури
кричат что это произвол
сегодня ведь произродился
сам ВОЛ
медведи потеряли кактус
он к попе страуса прилип
об этом нам споет киркоров
филипп
художник я в реальной жизни
и эцилопп в тревожных снах
я написал этюд в багровых
штанах
а я неизлечимо болен
и не поможет эскулап
ведь я уже одной ногою
в фармлаб
состав сквозь километры мчится
осин домов лесов и трав
я с ним на верхней полке ноги
задрав
в моих ноздрях гуляет ветер
мне кажется я крепко влип
в теченьи дня в цветенье жизни
и лип
день сон часы нора паденье
мастей безумная гурьба
и ощупью в карманах части
гриба
а я опять без сил устало
ступаю на родной паркет
хотя сносил уже не мало
пар кед
поймал жука сейчас живого
пойду и в ухо запихну
пускай и ухо осознает
весну
его высокое сатрапство
и в двери зала входит вол
и дамы медленно стекают
под стол
олег с оксаной в тонком мире
свершают меж собою брак
а в толстом мире почему то
никак
жить вечно это же прекрасно
но только почему я крот
об этом не было в контракте
а вот
с лесов строительных сорвался
и камнем вниз летит таджик
но чип и дейл спешат на помощь
и вжик
недавно в городе открыли
универмаг разумных цен
там цены спорят с продавцами
и покупателям хамят
мы захватили полпланеты
полстран силком закабаля
ву господа как говорится
а ля
я избегаю психиатров
не оттого что нет проблем
а оттого что понимаю
как психиатров избежать
идёт меж кресел стюардесса
в руках несёт поднос конфет
и горобец кричит скорее
пакет
а раз погода не балует
и хмуро небо в бликах луж
то выходной отметьте сексом
и в душ
аркадий смаковал тушонку
но пересохло вдруг во рту
когда на хлеб легла с дельфином
тату
оксане игорь поклонялся
дарил цветы писал стихи
олег же толстый и ленивый
с ней только ссорился и спал
велосипед аполлинарий
глядит в отъезжие поля
с недоуменным выраженьем
руля
живу один но суп в кастрюльке
варю на несколько персон
вдруг ктото крикнет я вернулась
и чемоданы занесёт
сошелся клином на олеге
свет белый но исходит он
от мам седых они на небе
сидят и в пальцах трут соски
вновь вездесущий тополиный
в носу в глазах и на губах
но мне никак не вспомнить чем же
пух пах
весь дружный коллектив стройбата
прощенья просит и скорбит
о том что есть меня заставил
карбид
как мародёрша мародёру
скажу тебе моn cher одно
сукно у вражеских мундиров
говно
еще одно предупрежденье
то вас семен и вас семен
я просто высажу с ковчега
в ближайшем городе бобруйск
на перекрестке двух проспектов
я буду с шариком стоять
я буду ждать тебя родная
когда ты с шариком придешь