я в гробу проснулся
руки в кровь истёр
яркий свет увидел
и вошёл лифтёр
всё в этом мире гармонично
закат восход чаёк коньяк
а нам всё кажется что что то
не так
без пьянства вы за две недели
так хорошо помолодели
осень наступает
скоро я умру
а потом воскресну
про воскресну вру
закончился сезон цунами
настал сезон магнитных бурь
пора резиновые лодки
менять на шапки из фольги
а эта родинка под грудью
пусть будет наш условный знак
найдешь наощупь и узнаешь
меня из тысяч не меня
а за окном цветёт мимоза
весенних красок волшебство
но глебу пофиг он ведь вышел
в него
двадцатитрёхсантиметровый
обескураживающе
тридцатидвухсантиметровый
ваще
когда б вы знали для чего я
зажечь сумел сердца людей
не дали б хода ни одной из
идей
засела жопой в грядке крепко
нитратом вскормленная репка
надеюсь все мои ошибки
господь запишет на листок
и даст потом для исправлений
лет сто
вот мне показываешь фак ты
а аргументы где и факты
вычеркнул из жизни
нескольких людей
и резвей помчалась
тройка лошадей
здесь море прячется от ветра
в осеннем брошенном кафе
и пишет руны мокрым пальцем
на опрокинутых столах
тебя послал я за шпагатом
а ты вернулась с акробатом
гордо буревестник
реет над волной
а пингвин в утёсах
спит с его женой
мне сразу полюбилась варя
в ней много света и тепла
слегка полить и будет можно
внутри выращивать цветы
из бигудей борщей халата
к шесту в стрипклубы нет возврата
в сером небе тучек
серые клочки
надо снять пожалуй
серые очки
у мужа есть лишь три изъяна
гуляет пьёт и обезьяна
мелом обведенный
глеб наверняка
до смерти залайкан
девками в вэ ка
я детям рассказал про бедность
про алкоголь войну и смерть
про секс втроём про рак про геев
теперь пойду домой к своим
в трёх соснах заблудила ольга
пропав на весь грибной сезон
олег скучает у окошка
на дачу ехать он устал
и петушок что был на палке
уже закончился давно
пингвины вертолет подбили
волшебник корчится в снегу
а с неба карлсоны слетались
почуяв запах эскимо
он помыл тарелку
и лежит нахал
с видом что построил
бабе тадж махал
коза отстаивала право
носить всегда с собой баян
в склерозе есть однако прелесть
писать по новой стару ересь
вроде бы невинно
кушали шашлык
приползли под вечер
и не вяжем лык
печально смотрят друг на друга
твои влюблённые глаза