от мёртвого ван гога уши
сказал мне критик и послал
но я поправил возмущённо
осла
олег сбежал от алевтины
когда в нее вселился вес
узнав что всётаки я дура
ушла на кухню резать лук
потом умылась и закрыла
четыре банки огурцов
порою какают солдаты
и им тогда коварный враг
снарядом отрывает жопу
и больше нечем какать им
итак мы вышли день был ясный
был долог путь горел восток
кричал козёл дымились пашни
и чтото ёкало внутри
зарплату я зову любовно
малышка милая моя
когда священною коровой
назвал я люся мать твою
то не имел ввиду размеры
а лишь породу вес и стать
проспиртовал и обезболил
и врезал новые замки
теперь заглядывай мне в душу
через отверстие в вот тут
опять олегу ночь рожденья
пришлось отметить одному
и так с тех пор как появился
на тьму
я заказал морскую пиццу
сказал курьеру николай
чтоб крики чаек над волнами
чтоб ветер брызгами в лицо
раним словами был евгений
не так буквально как ножом
в тебя влюбился я не даром
ты вкусно пахла перегаром
прошептал согласен
возле алтаря
ну а ты что сделал
в этой жизни зря
олег в контактном зоопарке
потрогать дал свою змею
люблю я кисть пикассо пабло
талантливо рисует падла
я хочу такого
чтоб наверняка
не хотеть другого
больше мужика
у вас наружу выпирает
ваш коммунизменный инстинкт
наколи мне кольщик
толстые бока
всё равно нет жизни
после сорока
я на весах в трусы одета
скажи я брутто или нетто
встану рано утром
сяду за рояль
здравствуйте соседи
спите там с xyяль
давай с тобой договоримся
сейчас я быстро изложу
свои условия и это
мы договором назовём
на рынке возраст продавали
себе взяла семнадцать лет
и оказалось что в подарок
приплюсовали двадцать семь
как начинающий садовник
поклонник хайку и басё
поставь в саду на камень камень
и всё
в константинополе наш костя
создал дебош ушёл в загул
от страха город превратился
в стамбул
стрелял царевич не напрасно
живёт щас с жабой распрекрасно
возможно за тысячелетья
не изменился человек
но в лицах старых фотографий
совсем нездешние глаза
откройте наконец мне визы
туда где все мои капризы
наколи мне кольщик
что нибудь уже
чтоб светло и грустно
стало на душе
в метро спустились моджахеды
а пассажиры поднялись
внизу оставив моджахедов
одних растерянных стоять
глеб замялся в загсе
нет иль всё же да
всё решила тёща
и сковорода