наполеоновские планы
свалить быстрее из москвы
нас случай свёл когда от жизни
осталась небольшая часть
зато мы топаем к финалу
лучась
когда я напиваюсь пьяным
добрей и мягче становлюсь
и мудаки меня не бесят
а по хорошему смешат
я подалась вчера в главбухи
ух ты сказали мне вэлком
и сразу самообведитесь
мелком
улетел любимый
в теплые края
будет размножаться
с кемто кто не я
когда я шла по пикадилли
не ускоряя шаг с ленцой
меня водители клеймили
овцой
из отпуска мой босс вернулся
доволен счастлив темнокож
и на дерьмо еще сильней стал
похож
на николае из одежды
лишь портупея и носок
и план по взятию оксаны
в планшете лётном на бедре
ушла любовь взгрустнулось ваське
с любовью было веселей
она кидала в ваську тапки
хозяина звала мурлом
я спариваться не хотела
я попыталась убежать
и в тот же миг мне бог дал крылья
а жабры с чешуей забрал
инспектор приготовил жезыл
локатор трубку для дутья
неспешно вышел на дорогу
тут я
пошто забрался мне под юбку
и перепутал верх и низ
ну что ж теперь с тобою делать
женись
начни сейчас же жить игриво
задорно весело легко
да я не против но финита
ля ко
еще не старый гинеколог
в одно мгновенье поседел
увидев свет в конце тоннеля
когда зевнула зульфия
на курс по психотерапии
отдел весь ходит эфэсбэ
тот что читает стены письма
следит в контакте за людьми
оксана ехала по встречной
вдруг отказали тормоза
и ну огромные всем строить
глаза
капучино с пенкой
любит хипстер стас
для бариста это
плюнуть пару раз
организатор революций
вождь итальянских овощей
стал членом партии зелёных
борщей
особую породу вывел
олег почтовых голубей
они находят адресата
и тупо срут на воротник
олег непроизвольно громко
в гостях нарушил этикет
а ртом уже когда все смолкли
добавил тихо ча ча ча
поэтом быть не такто просто
ты выплеснул всю боль в стихи
а публике потребны только
хихи
все в кафе по парам
только я одна
мне двойной депрессо
в чашечку без дна
олег оксану отодвинул
на целый метыр от себя
и всё равно она достала
олега болтовнёй своей
я часто думаю про море
сказал олег и зарыдал
рукой размазав слизь по жосткой
седой трёхдневной чешуе
во мраке творческих стенаний
под пледом страхов и обид
в объятьях вечных оправданий
спит стыд
муссон и бриз под визг прохожих
снесли готический витраж
ни вам аминь ни сжалься боже
ветра ж
олег в прикиде патриарха
ушёл в местечко шаолинь
и там прикинулся монахом
прикинь
олег не знает слова жопа
точнее знает но размах
он оценить уже не может
давно жывя в другой стране
поел грибов на тонких ножках
потом брал крошки с бороды
рассматривал сдувал их с пальца
и так четырнадцать часов
вот это страсти по шекспиру
вот это итальянский пыл
вот не приди ко мне соседка
без соли доедал бы суп