вот лето осенью накрылось
та соответственно зимой
а отпуск видимо накрылся
совсем
а помнишь как меня совочком
ты в детстве бил по голове
сказал злорадно улыбаясь
хирург и выключил наркоз
с работы кот пришёл усталый
и мне ложится на живот
подогревать холодный ужин
иду с котом на животе
давай кота пропылесосим
ведь кот крупнее чем хомяк
и он физически не может
застрять как тот хомяк в трубе
какой ваш цвет любимый зоя
а я не знаю как назвать
когда по луже пару капель
бензина расползаются
тушь пудра яркая помада
иду походкой от бедра
украсить мир кому то ж надо
с утра
спросил кукушку сколько жить мне
она вдруг смолкла и глядит
на что то за моей спиною
с жывотным ужасом в глазах
все книги зло решил геннадий
от них порезы и грибок
растраты плач и аллергия
уж лучше в омут головой
олег зовёт оксану лапой
той что ночами в тишине
железными когтями сердце
сжимает больно изнутри
на черепахах мир держался
и было очень даже норм
нет дай им сцуко новых сутей
и форм
вот если б мы хотели драки
то сразу выдрали б глаза
но мы ж не выдрали а кстати
кто за
олег оксане поклонялся
писал стихи дарил цветы
а игорь грубый и не трезвый
с ней только ссорился и спал
на пятачках пока держали
в столичном тюзе травести
до виннипухов ей три пуда
расти
олег протягивает стасу
лучистый слиток золотой
сперва напильником обточишь
потом пройдёшься наждаком
в былые времена у окон
звук серенад и балалайк
теперь коммент ничё так фотка
и лайк
в сыром застенке опергруппой
был обнаружен чорный люд
осуществлявший процедуру
пошива обуви для лиц
пытаясь угодить начальству
ваш муж трагически погиб
пусть толку ноль зато засчитан
прогиб
когда мадмуазель впускаешь
в свой подсознательный чердак
она наводит перманентный
бардак
олег искал из жопы выход
и наконец его нашёл
сидит и смотрит во внежопье
ну и кому мы там нужны
огромен труп вениамина
он возвышается как холм
вокруг холма ромашки клевер
стрекозы сосны муравьи
в пруду лежит девица топлесс
мадам давно ли вы утопли с
ручьи звенят и солнце греет
и сердце рвётся хоть кричи
и с веток капают на плечи
грачи
барталамью напился пьяным
лежит на социальном дне
над ним как по воде христосы
идут сограждане его
вы не нужны мне иннокентий
вы мне несёте свет а мне б
каких нибудь попроще зрелищ
и хлеб
прогноз у вас больной туманен
уж мачта гнётся ствол извит
ну хоть струя светлей лазури
язвит
цель жизни у меня понятна
а философия проста
мне нужно девяносто женщин
из ста
я обожаю этот город
скажу вам более того
не жаль что я больна невами
его
опять манят твой взгляд жестокий
и голоса надменный звук
вчера бежал от а сегодня
ползу к
я позвонил ей и услышал
слова печальны и тихи
прости но я сегодня просто
в стихи
пусть десять бэлл проходят мимо
не повернусь не засмотрюсь
лишь ты княжна моя навеки
марусь