опять творения уходят
ознаменуя мой невроз
в канализацию поэзий
и проз
а старость это не морщины
не седина радикулит
а старость это огородик
и для пакетиков пакет
поющие бомжи под вечер
мне навевают грусть тоску
и я бросаю им с балкона
куски несвежей колбасы
я пригожусь вам не гоните
могу поесть могу попить
могу поспать за вас и даже
пожить
нагрянь создание родное
в мой быт размеренный ого
ну ты и гало пу родное
ого
олег на стол прикрыв ладошкой
какой то выложил секрет
оксана сразу догадалась
её щас замуж будут звать
пришлите мне снаряд для танка
я должен продолжать игру
а так то я директор банка
в миру
до самого нижнего слоя проник
переустанавливать драйвер
в системе умён многоопытен дик
дайвер
вы нам наследницу вернули
мы полагаем вас достой
да не ея ным да ваще ным
да стой
седая мама людоеда
приводит каждый день невест
а он упырь и привереда
не ест
скрестил корову с бегемотом
штоб получить тройной надой
гибрид доиться не желает
но срёт и вправду за троих
детей цветов давно не стало
теперь лишь дети овощей
не мог он ямба от хорея
твердил что непонятен слог
но привязали к батарее
и смог
ну што вы разве это солнце
вот в сочах солнце это да
под ним реально тает тело
не говоря уж о деньгах
и каждый день как будто в первый
всему придумай имена
и каждый вечер как в последний
закрой глаза и всё забудь
всё меньше поводов для жизни
вернулась беглая жена
и шкаф такой пустынный утром
теперь забит её говном
морозным вечером в трамвае
татьяна расхотела жить
трамвай сочувствовал ей молча
ресницей дворников шурша
от одиночеств половинки
к друг другу мчатся вплавь и в брод
но став единым целым жаждут
свобод
ты славный только не влюбляйся
договорились солнышко
когда тебе удобно завтра
продолжить пользоваться мной
в литейный цех влетел петрович
в ультрамариновых клешах
чем спровоцировал разрывы
в клишах
смерть наступила в понедельник
сказал олегу терапевт
велел одеться и вернувшись
к столу порвал больничный лист
кончай бухать сказала печень
а то пропустишь урожай
а за окном погода шепчет
сажай
когда то были мы другими
немного знали о войне
и не делили всех по цвету
копеешных китайских лент
какая грудь какая попа
какой playнительный журнал
пикассо у калейдоскопа
стонал
я поражён приятель мойша
какой неистовый восторг
столь неизменно пробуждает
в вас торг
а помнишь как на день рожденья
ты притащил большой арбуз
его я меж листочков книги
сушу на память о тебе
зухра в аварию попала
лежит под зилом чуть жива
и тут гаишник ей читает
права
что может лучше быть прогулки
в сосновом сказочном лесу
пожалуй только водка с килькой
в гнилой прокуренной избе
на постоянную работу
мне нужен желчный мизантроп
чтоб жизнерадостную рожу
мою уравновешывал
селяне кто из вас безгрешен
пусть первый кинет мне черешен