весь экипаж погиб до шторма
корабль разрушен с полтычка
всему виной ночная качка
качка
когда ворвался в спальню папа
не испугался мамин друг
хотя канешна запах подал
и звук
к приезду тёщи анатолий
иконку крепит на косяк
и мелом чертит круг в сортире
на всяк
жена олега стала зомби
утратила свой прежний лоск
крушит сервиз ночами воет
ест мозг
хочу чтоб у людей повсюду
цветы росли заместо рук
и ноги чтобы были корни
и чтобы не было дождей
листая книгу сновидений
я пропускал десятки глав
и к пробуждению примчался
стремглав
мамань я тут пригнал из церну
антиматерии цистерну
врываешься песней в простор бытия
славянскому сердцу отрада
ах как ты нескладна калинка моя
лада
жених подумал наконец то
теперь до ночи надо ждать
невеста думала теперь на
до ж дать
ну да немного островата
на то она и стекловата
на острых шпильках покупаю
и получаю сдачу я
и с каждой новою монетой
все глубже ухожу в асфальт
однажды данте алигьери
случайно сел на утюги
и ну описывать в горячке
круги
позавчера семён скончался
от передоза макарон
его везёт в просевшей лодке
харон
в москве осадок петербурга
скопился за десятки лет
его мы можем обнаружить
в подземных поездах метро
оксана хвалится олегом
показывая на себе
какой он сильный и упорный
и ласковый насколько он
волнения и беспорядки
у нас по средам а сейчас
четверг и вечер курасавы
а в пятницу пойдем кутить
поэт обязан пить как лошадь
и быть несчастливо влюблён
а если кто доволен жизнью
то он никита михалков
начальник говорит по брифу
здесь нужен ролик для детей
но получается какойто
психоделический хентай
когда головка показалась
вдруг отвернулся акушер
и на иконах все святые
тот час зажмурили глаза
олег пять раз перекрестилса
и насладилса неспеша
куриной жопки вкусом нежным
и помидоркой наливной
подобно птице неразумной
по моего окна стеклу
сползает женщина держась за
метлу
чего то явно не хватало
в его торжественном лице
быть может рта быть может глаза
быть может седины виска
паразитизм такая штука
что для когото это зло
а для когото просто с мужем
свезло
мечтает каждая лягушка
царевича поцеловать
ни луж ни туч и солнце выше
и в парке море голубей
и в этом море ты с батоном
как остров счастья и любви
в слезах идет домой девчонка
никто не хочет с ней дружить
все лишь хотят с ней в разных позах
немыслимый и бурный секс
ты пятачок принёс какой то
не шарик а культурный шок
теперь его ну разве только
в горшок
любое море по колено
когда боишься утонуть
Трамвай стоит в недоуменьи,
Глядит встревоженный народ.
А Анна сливочное масло
На рельсы пачками кладёт.
нет мне не жмут презервативы
сказал отец десьти детей