усопший изыскал возможность
скопить лишь су себе на гроб
и был торжественно уложен
в сугроб
олег егорыч хлопнет водки
достанет общую тетрадь
и сядет сочинять поэму
о недостатках жекэха
встречает анна в коридоре
петра в сатиновых трусах
к ним нитка белая прилипла
длиной как раз до буквы пэ
решили что пора повысить
народу уровень айкью
успешно двигается дело
народ уже освоил ай
сидит в пещере мудрый йода
и все проблемы нипочём
подогревает суп в кастрюльке
мечом
никто меня не понимает
угрюмо пробурчал олег
и в зеркало взглянув добавил
ты сам то понял что сказал
собрался с силами геннадий
и прыгнул выше головы
теперь с ним даже участковый
на вы
глаза опустив по бульвару плетусь
в согласии с доводом веским
что дома оставить щемящую грусть
не с кем
она вернулась отдохнувшей
домой с лазурных берегов
под сень его таких родимых
рогов
олег едва дышал и трясся
взбугрились мышцы на плечах
зевнув оксана разрешила
кончай
года мустангом пронесутся
и как горошины драже
из-под дивана не вернутся
уже
жена да убоится мужа
до загса посреди пути
невест тихонько начинает
трясти
петрович наш не вышел рожей
возможно что и не входил
похоже я застрял в текстурах
каких то хмурых серых дней
как много девушек хороших
как много ласковых вагин
а николай сидит и вводит
логин
подвинься я прилягу рядом
мы будем слушать тишину
и вспоминать как прошлым летом
соседи делали ремонт
скользят стрижи в водовороте
движенья быстры и легки
круженье птиц слилось с круженьем
реки
мой мальчик где то потерялся
рыдает на перроне мать
и держит мальчика за руку
а он потерянный такой
ежову сталин усмехаясь
вдруг рукавицы подарил
шторма вокруг до неба волны
в мозолях старое весло
остапа пятую неделю
несло
а вот вам в баночке Матросов
он эффективный антидот
и дёрнул чёрт сурком родиться
тут что ни день то день сурка
прости маруся я с похмелья
вот и катись откель пришёл
для храбрости бутылку виски
и прохожу фейспалм-контроль
вы так прекрасны ваше тело
конечно лучше бы в кровать
и мне немного даже жаль вас
вскрывать
на красном море открывают
дайв клуб герасим и муму
навстречу щастью и свободе
увидеть свет любой ценой
всю жызнь душа из клетки рвется
грудной
хуйня какая то серёжа
мы всё зашили хорошо
тогда откуда здесь излишки
кишок
тут по ночам всплывают трупы
и из беседки видно как
поблёскивают в лунном свете
молочно белые глаза
в холодных ледовитых водах
в прозрачной вечной мерзлоте
на айзберга отвесном склоне
прилип оторванный язык