аркадий любит всех на свете
глеб только кошку и себя
его любовь куда ценнее
на рынке мировой любви
в валенке подшитом
есть двойное дно
всё совсем не просто
в простоквашино
у ольги с глебом и антоном
результативная ничья
есть сын и дочь от них а ольга
ничья
молчим за завтраком с тобою
неловко взгляды отводя
мне кажется ты догадалась
что сделал я с тобой во сне
я вся облеплена грехами
как плиткой кафельной сортир
но без сортира не бывает
квартир
люблю рассвет в пустой квартире
и сигареты первой вкус
и свежесваренный эспрессо
и запах старых веб страниц
больницы морги обзвонила
искала у друзей подруг
а мой за плинтус закатился
супруг
олег почувствовал усталость
и лег на рельсы отдохнуть
проснулся бодрый отдохнувший
а рядом спит локомотив
за поворотом указатель
что означает не понят
но непонятки нас отважных
манят
оксана и олег раздали
на время отпуска детей
кого в приют кого цыганам
ну наконецто мы вдвоем
шепчу ну потерпи родная
природа ж я не виноват
а про себя виват виагра
виват
в диспетчерской вселенной шумно
в разгар масштабных катастроф
сотрудники хватают трубки
миров
из глеба вышел славный лётчик
актёр поэт и член жюри
никто из них не задержался
внутри
на самой шумной вечеринке
быть за певца и тамаду
типичный вечер интроверта
в аду
мацуев резко нажимает
ногой на правую педаль
и с рёвом трогается с места
рояль
собравшись с духом пелагея
спагетти слипшихся в комок
выбрасывает из кастрюли
и давит давит каблуком
обнажена стоишь ты в душе
я губ твоих коснусь рукой
шепну на все готов я только
не пой
я была бы верной
и ждала бы вас
если бы не игорь
если бы не стас
из ресторана бизнес ланчей
уволен повар молодой
за разбавление обедов
едой
в аду я стал бы цветоводом
в раю я был бы истопник
в нирване я бы обзавёлся
мопедом курами женой
залезть на крышу прыгнуть с вышки
быть одному в лесу всю ночь
и стать счастливым от того что
смог смочь
вдвоем недавно ели сочни
и пили разного чаю
теперь один сижу кусочни
чаю
я повернул переключатель
и ненавижу всех теперь
а повернуть его обратно
переключатель не велит
покорно с детства принимала
все ужасы мужской любви
сперва тычки шипки записки
потом машины и детей
зухре и глебу снится будто
у них волшебный долгий секс
хотя зухра родится завтра
а глеб погиб в сороковых
на сеновале безмятежно
спит разомлевший агроном
и сочным зёрнышком граната
сверкает на носу комар
а когда сказал ты
польта и в пальте
бабочки все сразу
сдохли в животе
любви становится всё меньше
когда она пройдёт совсем
займёмся чем нибудь приятным
стихами или домино
во сне почти достиг нирваны
в покое знаю счастье есть
а дальше захотелось к маме
и есть
здесь гуси тревожат озерную гладь
и ветер колышет посевы
и на ночь никто не привык запирать
сейфы