порой прибьётся единица
к каким нибудь шести нолям
а вместе эта кодла тянет
на лям
люблю но замуж не зовите
я убеждалась много раз
кастрюли дети и затоптан
пегас
в тот день когда ты мне приснился
я всё придумала сама
и записала получились
тома
моя прекрасная брунгильда
мы будем счастливы с тобой
прошу брунгильда будь моею
едой
побойся бога анатолий
вот нанесешь сейчас удар
а где то рядом овдовеет
комар
ну что девчата за работу
и пряча термос с колбасой
стряхнула крошки и пошла за
косой
под песню плот кружим обнявшись
и шепчут мне её глаза
что мягкий знак забыл поставить
лоза
ноябырь месяц очень скучный
и потому навеселе
не каждый пятый а второй на
селе
вы оскорбляете изменой
на жалость давите нытьём
и добиваете контрольным
враньём
вдали остался милый берег
и непогашенный кредит
и крузенштерн седьмые сутки
гудит
покой небес нам только снится
своим спокойствием маня
а под небесной колесницей
возня
как быть господь на ближних руку
поднять нельзя но тут враги
рукой не бей но можешь врезать
с ноги
на чорной речке в чорном фраке
стрелялся чорный человек
а мог прожить как белый фраер
свой век
вот раньше жизнь была прекрасной
но придавил нас жизни груз
и даже снег тогда был лучше
на вкус
и чтото пенится бурливо
и ктото вышел из воды
их тридцать три и все златые
бобры
слепой шарманщик крутит ручку
престранный извлекая марш
где звуками хрустящий ужас
и фарш
люсьен позвольте вас понюхать
теперь я ваш покорный раб
и люсю молнией пробило
на храп
о бэйби бэйби о гитара
без денег снова я проснусь
ушла ты дождь собака виски
мой флюс
небрежно звали вы вассалом
так зарубите на носу
да я вассал но я вас больше
не ссу
профессор доуэль всё детство
любил читать про колобка
дружок ходи ещо ногами
пока
мы им квартиры забиваем
его выносят как помрём
а то ли друг мы называем
добром
я воспевал твои ресницы
и брови черные как смоль
а ты возьми и тушь макс фактор
как смой
хочу отшлёпать анаконду
но непонятно по чему
вот у слона гораздо шире
чем у
песком присыпав труп шерифа
свинья сказала эй медвед
давай ка навестим крольчонка
в обед
мне ставит палочку учитель
по математике в дневник
а я не знаю что за цыфра
не вник
вы для смирительной рубашки
теперь учтите рост и вес
я в рукава от прошлой еле
залез
когда пилот глядит на битый
но восстановленный болид
местами радостно местами
болит
с утра пораньше с наглой мордой
выходят злые языки
и хлещут побольнее твёрдой
руки
аркадий так сорил деньгами
что мы подумали мессир
а он был сидоров обычный
кассир
вернувшись из командировки
шкаф раскрывать ты не спеши
а шорох в нём на тараканов
спиши