строча мальвине стих любовный
смотри не обломай перо
об это каменное сердце
пьеро
сожрал тушёнки на неделю
насрал в палатке друг егор
а мы ведь даже не добрались
до гор
бродя по улицам содома
купцы прибывшие из фив
дивятся нравам как так можно
и в и в
а что с конём твоим случилось
был прежде бел теперь же пег
да всё нормально это просто
джипег
ты не ходи к нему на встречу
у нотердама де пари
гранитный камушек у феба
внутри
любой неглупый понимает
мир обречён на зло и мрак
но я надеюсь что найдётся
дурак
эпилептический припадок
дал ольге шанс внезапно пасть
изображая экспансивность
и страсть
ну здравствуй сын ну здравствуй мама
всё хорошо смахни слезу
а как там внуки слава богу
внизу
писали клёны на асфальте
стихи для лип своих сестёр
но ветер налетел и мигом
всё стёр
нас трое в лодке не считая
собаки кошки двух песцов
и двадцати восьми на веслах
гребцов
когда снимали это фото
светило солнце всё цвело
была моложе я на тридцать
кило
а поутру в сарае старом
родившись семеро козлят
козу и радуют собою
и злят
оксана в топе хоть не может
сварить ни борщ ни холодец
зато на флейте бесподобный
дудец
ромео милый мой ромео
давай ты первым примешь яд
а я потом целуя тело
чо я т
у вас нетисканные груди
и нецелованный пупок
как мир мужчин невыносимо
жесток
сижу с котом у батареи
так славно на закате дня
и кот пожалуй больше греет
меня
я вас не принуждал вы сами
ко мне приклеились ну чо
давайте перейдём к бесаме
мучо
на день рождения степана
готовить лене было лень
но свечку всё-таки воткнула
в пельмень
не ту метлу яга купила
и скорость выбрала не ту
да и по звуку город понял
не ту
я недолюбливаю женщин
всегда испытываю грусть
когда долюбливать за кем то
берусь
на старой плёночной кассете
все живы до конца времён
а на обложке много мёртвых
имён
наутро я едва очнулся
и сразу вспомнил про пикник
и про обочину вселенной
и сник
пытаясь стать счастливым в браке
сменить рискуешь сто семей
ты просто таковым остаться
сумей
утоп царевич и лягушка
стрелой пробитая лежит
простая сказка без намёков
и лжи
навесить мог бы хулиганство
без доказательств и затей
но прокурор не ищет лёгких
статей
жеглов к шарапову заходит
и говорит я на покой
теперь ты добрый полицейский
и злой
когда нибудь я стану дедом
с огромной чорною клюкой
и буду всем орать да кто ты
такой
спокойно прикурил от двери
и молча вышел на балкон
глядеть как прыгают коллеги
с окон
уйдя от обвинений церкви
да винчи плачет как дитя
на деревянном вертолёте
летя
купила коврик прикроватный
пришло комфорта торжество
я утром стала высыпаться
в него