вы не поверите но утром
хоть я не хам и не бунтарь
будильник носит имя сволочь
и тварь
как только встретила сергея
ножом по горлу павла вжик
ну на хрена мне нелюбимый
мужик
последний круассан в постели
доеден мной уже на треть
сейчас посплю а завтра буду
худеть
уж лист последний опадает
и я в предчувствие тоски
опять вяжу и распускаю
носки
часть марлезонского балета
часть гопака мазурки часть
урывками всё почему то
всё мчась
легко врагов прощаю глядя
им вслед в оптический прицел
вот и ещё один прощённый
успел
малыш ты чей она спросила
а я увидев блеск очей
лизнул ей руку и ответил
ничей
я знаю место за кордоном
сказал кузмич нам у реки
там даже греки кормят раков
с руки
я не нашла вас в красной книге
среди картинок или слов
так стало быть вы из обычных
козлов
за мной ухаживал садовник
и волочился волонтёр
и даже дважды приударил
боксёр
вдруг начали теряться люди
когда огромный внешний мир
был резко сужен до размеров
квартир
зимой на мужа аллергия
не помогает супрастин
в окно его швыряю вещи
прости н
как подерутся в морозилке
вареники то сей момент
их оштрафует непреклонный
пельмент
ночь сцена мавр и дездемона
ждет роковой расправы зал
а он ей вдруг спокойной ночи
сказал
есть демократия покуда
у волчьей стаи есть еда
а нет еды то диктатура
тогда
я кукарача распевает
американский таракан
а наш перекрестясь ныряет
в стакан
о шизомуза дорогая
меня очаровала ты
твои глаза носы и уши
и рты
давай останемся друзями
двинятина просил козлов
а тот ему ответил жестом
без слов
олег холодную оксану
слегка поджарил на костре
оксана сразу потеплела
внутре
при встрече с вами испытал я
холодный резкий мокрый шок
как если сесть без стульчака на
горшок
уеду в глушь в леса в деревню
там буду прясть душистый лен
там тракторист так мускулист и
солён
подлизу изю изувечу
и препарирую петра
такое просто настроенье
с утра
вы применили злые чары
олега превратив в компот
он ничего не говорит и
течот
у безнадежности две двери
вот заколоченная дверь
а на другой висит табличка
лишь верь
глаза полуприкрывши сонно
похож на древнюю нежыть
сосед аркашка под забором
лежыть
окрест посёлка красностава
толпа испуганных зомбей
глядит как люди убивают
людей
рисую дождь из пенопласта
парящую над рожью выпь
рейсфедер шепчет мне на ушко
отсыпь
служа шутом в придворном цирке
средь коронованных бабусь
рождённый плакать я за деньги
смеюсь
в существовании животных
рутины больше чем игры
как исключение пожалуй
бобры
три эх считают очень быстро
два жаль не понял до сих пор
один за что меня судили
топор