мы коллективно осуждаем
заокеанский бутерброд
а также тех кто осуждает
но жрёт
ведь вы читали объявленье
так прекратите чорт возьми
ходить по зоомагазину
с людьми
возьмите плющенко он милый
умеет разогнать тоску
привит и сызмальства приучен
к катку
аркадий лёг и смысыл жизни
внезапно увидал во сне
и оказалось смысыл жизни
во сне
мне в детстве помню приходилось
чтоб вынуть рыбку из пруда
порой прогуливать уроки
труда
профессор я устал без ласки
за эти двадцать тысяч лье
и не советую здесь шляться
в белье
татьяна русская душою
а рожей чота нифига
в ней очевидны отголоски
ига
едва обнявшись братья райты
стремительно бегут в чулан
и вносят срочные поправки
в би план
взамен привычного подлеска
ты затащил меня во мхат
а мне во мхате неудобно
без мха т
скрипачка зося абсолютно
к семейной жизни не годна
ну разве только вы любитель
гайдна
нарисовать тебе барашка
конечно мне не западло
я помню схему бок голяшка
седло
толстуха энн бывало шлёпнет
игриво джона по плечу
и ну скакать потом полночи
к врачу
звеня цепями декабристы
печально едут в минусинск
а им навстречу бенкендорфы
в плюсинск
напрасно в детстве вы решили
что карму можно обмануть
возьмите бублик александра
и в путь
немногословный анатолий
был никудышным продавцом
но мог показывать товары
лицом
мы отказались от соблазна
греха порока и вранья
и нас отправили на удо
бренья
играя в карты с акопяном
директор цирка быстро скис
а куклачов вопще остался
без кис
наш капитан чело нахмуря
искал простого бытия
а нас всегда манила буря
тия
мы долго двигались без женщин
на ощупь в полной темноте
движенья те же ощущенья
не те
прополешь сад польёшь рассаду
навоза выгрузишь камаз
и вот уже не надо садов
и маз
меня никто не понимает
сказал психологу олег
а тот в блокнот себе пометил
ещё нетрудных двадцать тыщ
я заболел энцефалитом
и все кому ни сообщу
в ответ кричат дай бог здоровья
клещу
джон сильвер приказал копайте
бутылка ржавые гроши
пустой сундук мертвец и опа
рыши
пришол с войны разволновался
убил сто восемь женихов
нормальный вопщем матерьял для
стихов
едва не тронулся рассудком
сирен услышав голоса
за что о боги мне такая
попса
я стал министром обороны
какая скушная напасть
а так хотелось на кого то
напасть
друзья не трогайте поэта
он так обидчив так раним
что собственно в конечном счёте
хер с ним
в глазах покойного антона
застыли смертная тоска
и богомерзкий облик васи
лиска
эй ухнем пробасил шаляпин
на что немедленно в ночи
нестройным хором отозвались
сычи
седой профессор мориарти
лежал у лесополосы
а из спины его торчали
рамсы