а люди что у вас за люди
я в них не верю ни на грош
людей вам надо переделать
я говорю как режиссёр
любить людей довольно просто
а сложно выразить любовь
особенно когда по морде
их бьош тежолым кулаком
мы нанесём тебе увечья
чтоб можно жить но не совсем
а ты чего хотел парниша
в калеки целеньким пролезть
когда исус пошёл дантесом
затрепетали небеса
такого смелого гамбита
ещё не видели в раю
упругий стебель николая
качаясь тянется к зухре
а та кругла и пышет жаром
далёко в небе голубом
я профессиональный нищий
моя работа такова
отсасывать у пассажиров
излишки милосердия
бог молча воздымает руки
и пара ангелов ему
тотчас перчатки надевают
и скальпель в руку подают
мы путешествовали долго
и наконец пришли домой
и начали варить обеды
стараясь не смотреть в окно
я поселился в инвалиде
валидизируя его
но раз за разом он наглеет
и я его калечу вновь
какая нахуй безопасность
сказал полковник эфэсбэ
поморщился и сплюнул на пол
тягучей горькою слюной
оленям в зоопарке грустно
и каждый раз придя туда
я им пою оленью песню
чтоб их хоть как то поддержать
вначале мы пройдём сложенье
а вычитание потом
сказал учитель и сверкнули
багровым всполохом глаза
хочу любви седая мама
любви мне с рынка принеси
чтоб вырос крепким и здоровым
ребёночек что я ношу
во тьме промозглой и постылой
они сошлись чеканя шаг
зияет дуло поллитровки
блеснул холодный бутерброт
болит душа у николая
и где бы он ни проходил
зубовный скрежет сострадальцев
несётся вслед со всех сторон
я вежлив и предельно скромен
умеренно духовен мил
неглуп имею чувство такта
благослови меня господь
спешит корабль в родную гавань
а гавани на месте нет
она от бурь и треволнений
сбежала в глубь материка
мне нужно очень быстро бегать
пить до утра писать стихи
чтобы почувствовать хоть что то
напоминающее смерть
я вам отдам охотно деньги
но вы пообещайте мне
что их потратите на книжки
а не на пиво и табак
порой огромная лавина
что вмиг способна раздавить
вдруг дарит дом жену ребёнка
и в оперу абонемент
в москве прошёл парад безногих
чтоб всем с ногами доказать
что быть безногим это норма
и даже в чём то хорошо
у глеба вырос иннокентий
болтается мешает жыть
и глеб внезапно понимает
что скоро весь уйдёт в него
раскрылась улица глазами
от тучки тени наутёк
воздушный поцелуй в затылок
не ты ли это смерть моя
есть рыба что плывёт лишь боком
её передний глаз незряч
а задний весь зарос коростой
и смотрит вертикально вниз
мальвине завтра сорок восемь
она не знает слова секс
её работа плакать в цырке
надев свой крохотный парик
убей меня пока я прежний
пока не выросли глаза
пока в лице не проявилась
интеллигентности печать
тот был хороший но сердитый
а этот смирный но плохой
хороший смирного обидел
плохой сердитого убил
как язвы на асфальте тени
сочится душный ветерок
гугнявый бомж в осклизлой куртке
по струпьям гладит котика
в груди зухры открылась дверца
и механическая тварь
люблю люблю закуковала
в лицо притихшему петру
дойдя до кованой ограды
старик глядит через плечо
но из окна никто не машет
и он бредёт понуро прочь