не упускай из виду счастье
ни на минутку ни на пядь
невозвращается повторно
и вспять
мне похер титулы и ранги
которых я достичь не смог
я сам и царь в своей яранге
и бог
всем поровну любви отмерил
и этой женщине и той
я так спиздел что сам поверил
святой
я заберу тебя с собою
сказала толстой тоне смерть
хоть тяжело конечно будет
переть
вы как с картины боттичелли
но мне милее больше босх
он как то крепче зацепился
за мозг
воспоминанья петербурга
канал гранит рассвет свеча
мы с львами вместе пили воду
рыча
эмоция рвалась наружу
пренебрегая головой
срываясь медленно с фальцета
на вой
в безумном яростном порыве
олег сорвав с себя трусы
стоит у моря на обрыве
и ссыт
мэр бурлаком в другой был жызни
возможно даже муравьём
оттуда и тащить привычка
при ём
олег находит чьи то руки
в карманах собственных штанов
и дружески их пожымает
ну не скандалить же теперь
воспоминанья тёмной ночью
устраивают карнавал
спускаясь в памяти глубокий
подвал
не выводите из наркоза
пролепетал с трудом врачу
на пэ эм жэ я там остаться
хочу
он покусился на святое
о боже неужели честь
та если б честь пытался сало
унесть
в любви бывает третий лишний
а в пьянке в самый аккурат
там враг ты будешь ненавистный
тут брат
вон именинница рыдает
петра впустили за порог
он жрёт своею наглой мордой
пирог
зухра прижала ибрагима
к своей мозолистой груди
как прижимают пальцы дверью
как на обочину менты
звезда упала незаметно
в её бокал на вираже
и ничего ей не светило
уже
у гинеколога проблема
с работы нечего украсть
он баллотируется срочно
во власть
выгоняю таню
приглашаю ксю
чувствую что таню
выгнал я не всю
синюю олесю
тащит по реке
синенький цветочек
в синенькой руке
сусанин провожать не надо
да кто вы собственно такой
вы направленье покажыте
рукой
когда шыть золотом не можешь
за жызнь плохую не воркуй
бери потяжелее молот
и куй
бежыт по венам афанасий
но возле сердца тормозит
он видит сердце не готово
пустить его через себя
под дождём неделю
сушытся бельё
похуй мне хоть месяц
это не моё
ты осенью зашёл за солью
и речь не шла о пэ эм жэ
но мы привыкли и смирились
уже
налил сто грамм на ёлку смотрит
а из душы беззвучный крик
и пишет сам себе открытку
старик
давай за тех кто в чистом поле
под деревянною звездой
сегодня выпьем горькой водки
с тобой
я постучал в окошко тане
и тихо секса попросил
я под убогого частенько
косил
готов помочь просрать наследство
не надо ехать далеко
на месте весело с размахом
легко
у музы странная привычка
являться вечно невзначай
когда отсутствуют и сахар
и чай